Юрий Нестеренко

			    Россия для... кого?

     "Что ни  делает дурак,  все он делает не так."  Кажется,  эта фраза
характеризует  путинский  режим  лучше,  чем  целая  кипа  аналитических
статей.  Правило  это  действует даже  в  тех  нечастых  случаях,  когда
означенный режим берется за вроде бы благое дело, и события, связанные с
так   называемым   "Днем   национального   единства"   -   лишнее   тому
подтверждение.  Любому вменяемому человеку давным-давно очевидно,  что в
стране,  где  жертвами коммунистического террора стали десятки миллионов
человек  -  мягко  говоря,  абсурдно  отмечать годовщину большевистского
переворота  как  государственный праздник,  какие  бы  названия  ему  ни
придумывали.  Это все равно что евреи праздновали бы годовщину прихода к
власти германских нацистов (а  если  учитывать число  жертв,  то  и  еще
хуже).  И вот,  о радость, кагебешник Путин сделал то, на что не решился
даже демократ Ельцин -  годовщина октябрьского переворота перестала быть
праздником.  Но,  отнимая у народа один выходной,  нужно было,  конечно,
дать  ему  другой.  И  сделано  это  было  самым  идиотским способом  из
возможных.

     Похоже,  что главным критерием при выборе праздника было то,  чтобы
он приходился на ноябрь, и желательно - поближе к седьмому числу. Иначе,
мол,  глупый народ  не  поймет,  что  новый праздник дарован ему  взамен
старого.  И  в  результате была избрана дата,  несуразная со  всех точек
зрения.  Во-первых,  если уж говорить об изгнании поляков из Москвы,  то
произошло это  не  4  ноября 1612  года  (по  новому стилю),  а,  смешно
сказать,  как раз таки 7-8. То есть, если следовать исторической правде,
от чего ушли -  к  тому и  пришли:  вместо нового праздника -  очередное
переименование злосчастной даты.  Во-вторых,  отнюдь не  факт,  что  это
событие пошло России на пользу.  Тогдашняя Польша,  с ее республиканской
традицией и  избираемыми сеймом королями,  была куда более прогрессивной
европейской страной,  чем  Россия,  превращенная несколькими поколениями
московских князей - сперва прихвостней, а потом идейных наследников Орды
- в азиатскую деспотию. И немногочисленный польский гарнизон представлял
собой отнюдь не оккупантов,  захвативших Русь силой оружия,  а, по сути,
охрану польского посольства,  приглашенного в  Москву самими московскими
боярами,  желавшими посадить на  русский  престол королевича Владислава.
Каковая  идея,   кстати,   быстро  перестала  нравиться  самим  полякам,
наглядевшимся на  ужасы русской Смуты:  "Уж  если  друг  с  другом такое
творят, что сделают с нашим королевичем?" Но, возможно, взойди Владислав
на русский трон,  это был бы и не худший вариант - уж, во всяком случае,
едва  ли  он  был  хуже  бояр  Романовых,  отметившихся в  период  Смуты
многочисленными интригами  и  предательствами и,  в  частности,  активно
поддерживавшими   "тушинского   вора"   Лжедмитрия   II.    (Не    менее
неблаговидной, кстати, была в этой истории и роль выпячивающей ныне свои
"патриотические  заслуги"  православной  церкви,  каждый  из  патриархов
которой,  от  предавшего  Федора  Годунова  Иова  до  предавшего Василия
Шуйского Гермогена,  отметился либо клятвопреступлением, либо поддержкой
самозванцев,  либо тем и другим.  Впрочем, иерархи РПЦ всегда прекрасным
образом находили общий язык  с  оккупантами и  узурпаторами -  начиная с
монголо-татар и кончая большевиками и германскими нацистами.) Ревнителям
же  чистоты  крови,  коих  смущает  нерусское  происхождение Владислава,
предлагаю вспомнить,  от  кого происходили Рюриковичи и  на ком женились
Романовы, начиная с Петра I; в отличие от датчан и германцев, Владислав,
по  крайней  мере,  был  славянином.  Разумеется,  было  бы  спекуляцией
утверждать,  что  воцарение Владислава точно было бы  благом (и  что  он
вообще смог бы  усидеть на  троне в  тех условиях) -  однако не  меньшей
спекуляцией является и  обратное утверждение,  а потому возводить в ранг
национального праздника годовщину столь  неоднозначных событий  довольно
странно.  В-третьих,  наконец, взятие ополченцами Кремля (не говоря уж о
Китай-городе,  что  произошло 4.11.1612) еще не  было окончанием Смуты -
созыв Земского собора и  венчание на царство Михаила Романова состоялись
лишь в следующем году -  и уж тем более,  в силу вышесказанного, не было
днем  народного  единства.   Не  русский  народ,  объединившись,  изгнал
иноземных оккупантов,  как нам пытается внушить малограмотная официозная
пропаганда, а одни русские - те, что шли в ополчении - одержали верх над
другими русскими - теми, что призвали поляков. Причем в итоге победа, по
сути, оказалась украденной у победителей.

     И мало того.  С размаху севши в лужу в области истории, интересной,
в конце концов, не всем, путинский режим умудрился добиться результатов,
обратных желаемым,  и  в  куда более актуальной для  нас  современности.
Сначала  этот   режим  старательно  выпестовывал  русских  националистов
(разумеется,   не  всех,   а  лишь  тех,  которых  считал  карманными  и
управляемыми),  а  потом,  убоявшись резкой реакции за рубежом (своих-то
Путин и  Ко  никогда в  грош не ставили),  развернулся на 180 градусов и
принялся поспешно и  неумело загонять джинна  в  бутылку.  В  результате
"день национального единства" обернулся днем  национального раскола -  с
ОМОНом на улицах,  облавами у метро, столкновениями между националистами
и их противниками и страхом простых горожан выйти на улицу. Причем можно
не  сомневаться,  что эта традиция теперь надолго -  к  тому же,  скорее
всего,  год  от  года масштаб будет нарастать,  ибо для любой из  сторон
отступить -  значит потерять лицо,  а проблемы, порождающие национальные
конфликты,   не  решаются.   Хорош  государственный  праздничек,  нечего
сказать...

     Но Путин,  сделавший свое черное дело, уйдет, а проблемы останутся.
И вот их-то и следует обсудить.

     Один из лозунгов,  мало кого оставляющих равнодушным -  "Россия для
русских!"  Одни,  едва заслышав его,  кричат,  что  это  фашизм;  другие
считают в  общем-то  так же,  но относятся к  этому сугубо положительно;
третьи  из  отвращения ко  вторым  начинают  симпатизировать первым  или
наоборот...  К  сожалению,  как  обычно,  мало кто способен обдумать его
спокойно, без либеральных или националистических клише.

     Меж тем лозунг этот ошибочен, по крайней мере, терминологически. Уж
если для русских, то Русь. А Россия - для россиян.

     Это не игра словами. Это принципиальный момент.

     Что,  собственно,  сторонники этого лозунга -  да и вообще мы все -
хотим   построить?    Мононациональное   Русское   государство   -   или
многонациональное Российское?  Вариантов,  на самом деле, даже не два, а
три.

     Начнем с  того,  что  мононациональное государство -  это совсем не
обязательно плохо и  совсем не  обязательно "фашизм".  Большинство стран
Европы -  в  особенности те из них,  что не имели колоний,  чьи уроженцы
активно просачивались в  метрополии -  фактически были мононациональными
государствами вплоть до  последнего времени,  когда их  начали наводнять
иммигранты из  третьего  мира,  причем  это  "наводнение",  как  всякому
наводнению и положено, ничего, кроме проблем, не принесло. Главной бедой
Израиля являются проживающие на  его  территории арабы (те,  что за  его
пределами, неоднократно были биты израильской армией и вряд ли осмелятся
снова сунуться) -  а без них он был бы мононациональным государством,  и
притом   весьма  благополучным.   Плюсы   мононационального  государства
очевидны:  общий язык,  общая культура,  общий генетический базис и  как
следствие -  значительное число людей со сходным менталитетом (объединяя
под  этим термином целую совокупность понятий,  от  системы ценностей до
темперамента), которым легче уживаться друг с другом, легче вырабатывать
общие  цели  и  достигать  их.   Безусловно,   это  сходство  далеко  не
всеобъемлюще и не абсолютно -  даже в одной семье,  бывает, брат идет на
брата,  что уж говорить о целой стране.  И тем не менее - всякий человек
есть продукт,  во-первых,  наследственности, а во-вторых, воспитания, и,
когда то и  другое схоже,  то и вероятность сходства результатов будет в
среднем выше,  чем в гетерогенных обществах. Естественно, для сохранения
своей  гомогенности  мононациональное  государство  должно  ограничивать
иммиграцию (вплоть до полного ее запрета).  И путь мирного присоединения
новых земель для такого государства тоже закрыт (другой вопрос,  а нужны
ли   они   ему?)   Недостатки  же   мононационального  государства  суть
продолжение его  достоинств.  Чрезмерное сходство может  привести как  к
генетическому  застою  и  вырождению  (в  особенности  если  численность
населения очень невелика), так и к сужению интеллектуальных горизонтов -
из-за окостеневших традиций и  догм,  на которые некому взглянуть свежим
взглядом со  стороны.  Отказ принимать любых иммигрантов,  даже полезных
(скажем, выдающихся деятелей науки и искусства) явно не обогатит страну,
проводящую такую  политику.  Впрочем,  если  иммиграция будет ограничена
лишь людьми выдающимися, коих по определению немного, государство сможет
сохранить свой моноэтнический принцип.

     Насколько такой вариант подходит для русских?  Их достаточно много,
чтобы не бояться биологического вырождения. С интеллектуально-культурным
все не так однозначно. Опыт средневековой самоизоляции продемонстрировал
полнейший застой,  из  которого страна  начала  выбираться только  после
петровских реформ -  выбираться,  на  первых порах,  лишь  путем слепого
заимствования  западных  образцов.   Однако  это  следствие  не  столько
моноэтничности (тем  более что  страна к  концу XVII века моноэтнической
уже  не  была),  сколько прекращения (вследствие монгольского нашествия)
развития по европейскому пути и  превращения страны в  азиатское болото.
Куда  существенней другой аргумент:  к  началу ХХ  века из  всех великих
русских  этнически  чистым  был  один  лишь  Ломоносов.  У  всех  прочих
непременно присутствовала примесь чужой крови -  хотя бы украинской,  но
все-таки не русской,  а то и вовсе британской,  германской или даже, как
мы помним из биографии Пушкина,  негритянской. Причем, что важно, первые
на  российской земле  нерусские предки этих  людей  сами  по  себе,  как
правило,  ничем особенным не выделялись.  Ну разве что несколько бОльшим
уровнем авантюризма,  без  чего  едва ли  переселились бы  жить в  чужую
страну - да и то не для всех из них такое переселение было добровольным.
Так  что  тактика  "запретить  иммиграцию,  делая  исключение  лишь  для
выдающихся людей" оказывается неэффективной;  применяйся она в  прошлом,
мы остались бы практически без всех российских гениев.  Можно,  конечно,
предположить,  что  за  минувшие века  русские  получили уже  достаточно
генетических вливаний извне и в дальнейшем обойдутся собственными силами
- но едва ли стоит ставить будущее нации в  зависимость от этого,  прямо
скажем, голословного предположения.

     Против буквальной реализации лозунга "Русь для  русских" работает и
нынешнее положение дел -  а именно тот факт, что Россия на данный момент
является  многонациональным  государством.   Следовательно,  сделать  из
России моноэтническую в буквальном смысле Русь можно лишь двумя путями -
либо полностью освободить от  всех нерусских народов нынешнюю территорию
(а  это  можно осуществить опять-таки лишь двумя путями -  геноцидом или
депортацией),  либо,  напротив,  сократить  территорию  так,  чтобы  все
нерусские области остались за ее пределами (ну и  выслать представителей
диаспор,  проживающих на  исконно русских землях).  Надеюсь,  даже самым
ярым националистам понятно,  что первый вариант неосуществим.  Дело даже
не в морали -  он неосуществим по соображениям чисто практическим.  Мы с
одной несчастной Чечней возимся больше десяти лет,  и  добились в  итоге
лишь того, что, в точном соответствии с анекдотом, "оружие было изъято у
незаконных  бандитских  формирований  и   передано  законным  бандитским
формированиям".   Под   командованием  Героя  России  Рамзана  Кадырова,
формально полностью лояльного центральной власти,  но  на  деле имеющего
едва ли не больше независимости и  силы,  чем Дудаев и  Масхадов (причем
даже  не  занимая  должности  президента  республики  -  впрочем,  можно
предположить,  что  за  этим  дело не  станет).  Это  не  мы  используем
Кадырова,   чтобы  держать  Чечню  -   это  Кадыров  использует  ресурсы
федерального центра для укрепления своей личной власти.

     Да,  конечно,  сейчас  ни  цель  геноцида,  ни  цель  депортации не
ставилась.  Зато при  большевиках был прецедент,  когда практически всех
чеченцев вышвырнули в казахские степи в сколько-то там часов. Но не надо
думать,  будто они не запомнили этот урок -  равно как и уроки последних
войн.  Сейчас сделать то же самое не получится. Да и казахские степи уже
не  наши.  И  хорошо,  что  не  наши;  депортировать имеет смысл лишь за
пределы страны (в  этом  плане,  кстати,  израильтяне вполне грамотно во
время войн  вышвырнули за  границу значительную часть арабов) -  да  вот
только  Казахстан  (или  иная  страна)  их  не  примет.  То  есть,  если
депортировать целый народ с его земли,  то он,  во-первых, будет яростно
сопротивляться,  а во-вторых,  его просто некуда девать.  Если же решать
вторую  проблему  путем  геноцида  -   надеюсь,   последствия  очевидны.
Тотальная вражда с внешним миром (до войны,  вероятно, не дойдет, пока у
России есть ядерное оружие,  но мало все равно не покажется,  и  никакие
нефть и  газ не  помогут) и  превращение России-Руси в  террористическое
государство внутри.  Государство,  в котором человека будут оценивать не
по личным заслугам,  а  в  первую очередь по чистоте крови -  и  где эту
чистоту надо будет доказывать. Где чистокровный гопник будет полноценным
гражданином,  а  ученого,  которому "не  повезло" с  нерусской бабушкой,
поставят к  стенке.  И все ради чего?  Ради сохранения в составе страны,
где  уже сейчас средняя плотность населения -  8  человек на  квадратный
километр,  обширных безжизненных территорий на месте бывших национальных
республик?

     Вариант построения Руси путем этнотерриториального вычленения ее из
нынешней России намного более перспективен (особенно если учесть ошибки,
допущенные при  роспуске СССР).  В  этом случае и  страна получит немало
плюсов,   став   более  компактной  и   управляемой  и   избавившись  от
национальных проблем (понимая под этим как проблемы отношений наций друг
с другом, так и имеющиеся у каждой из них в отдельности; и то, и другое,
конечно,  не  исчезнет,  но  перестанет  быть  головной  болью  русского
государства),  и  никого  не  надо  будет  сгонять с  его  родной земли.
Остается,  конечно,  проблема диаспор,  но  им  уже  будет куда уезжать.
Причем  этот  процесс  совершенно необязательно форсировать по  жесткому
варианту -  он  может  быть  реализован мягко и  постепенно,  на  основе
взаимной и добровольной (хотя и поощряемой) репатриации русских, живуших
в нынешних национальных автономиях - на Русь (или правильней говорить "в
Русь",   коль  скоро  она   станет  самостоятельным  государством?),   а
представителей этих  автономий -  на  их  исторические родины,  обретшие
независимость.  Реализуем ли  такой  проект технически?  Вполне.  А  вот
целесообразен ли  он  -  вопрос неоднозначный,  учитывая изложенные выше
минусы мононационального государства. К этому вопросу мы еще вернемся, а
пока перейдем от "проекта Русь" к "проекту Россия",  то есть государству
полинациональному.

     Таковое  государство,   как   уже   отмечалось,   может   устойчиво
существовать в двух качественно отличных формах -  а именно,  может быть
олигонациональным и  мультинациональным.  Примером первого может служить
Соединенное королевство Великобритании и  Северной Ирландии (опять-таки,
классического,   "донаводненческого"  периода),   образованное  четырьмя
нациями -  англичанами, уэльсцами (вэлийцами), шотландцами и ирландцами.
При     этом    первая    из     этих    наций    играет    центральную,
"государствообразующую" роль,  именно ее  язык является государственным,
однако  и   остальные  нации  сохраняют  свою   аутентичность.   Процесс
объединения был долгим и весьма непростым, даже и сейчас нельзя сказать,
что все трения между этими нациями полностью изжиты -  но, тем не менее,
результат  вполне  устойчив,   и   едва   ли   следует  предсказывать  в
сколь-нибудь обозримой перспективе исчезновение каких-то из этих народов
или государства в целом (если,  конечно,  не произойдут катастрофические
события,  связанные все с тем же наплывом иммигрантов из третьего мира).
Важно,  однако,  отметить,  что  все  эти  народы в  достаточной степени
родственные -  белые, западноевропейские, христианские (ни в коем случае
не хочу хвалить христианство,  как и  какую-либо религию вообще,  просто
констатирую,   что  религиозные  различия  между  народами  Соединенного
Королевства  не  простираются  дальше  различий  между  протестантами  и
католиками -  да и те породили конфликт в Северной Ирландии,  тлеющий до
сих  пор).  Еще  более  чистыми и  благополучными в  плане межэтнических
отношений  примерами  олигонациональных государств  являются  Бельгия  и
Швейцария.  Там вообще не приходится говорить о  "государствообразующей"
нации -  все  нации полностью равны,  имеют широкую автономию (Швейцария
вообще   считается  конфедерацией),   и   даже   государственных  языков
несколько.

     Таким  образом,  олигонациональная  страна  образована  несколькими
(немногими) нациями,  среди которых может быть,  а может и не быть одной
центральной,  но,  в любом случае, все они сохраняют свою самобытность и
свою степень автономиии, включая язык и культуру, территорию компактного
проживания (что, конечно, не значит, будто представители этих народов не
могут переселяться в другие районы страны), органы самоуправления и т.п.
Важными  условиями устойчивости и  благополучия такой  страны  являются,
во-первых,  достаточная степень  этнокультурного сходства  образующих ее
народов,  а  во-вторых -  крайне желательно,  чтобы их  численность была
одного порядка.  При несоблюдении первого условия страну просто разорвет
на части центробежными силами (и хорошо еще,  если обойдется без крови);
единственными объединяющими факторами в  такой  ситуации (помимо  прямых
попыток не  допустить распад силовым путем -  чем они кончаются,  хорошо
видно  на  примере бывшей Югославии) могут  быть  лишь  внешняя угроза и
экономические интересы.  Но мобилизационный проект не может быть успешен
в  долгосрочной  перспективе;  "дружить  против  кого-то"  можно  только
временно.  А экономические интересы могут быть реализованы и вне единого
государства.  Если же не выполняется второе условие, то есть численность
одной нации в  десятки и  сотни раз  превосходит численность другой,  то
меньшая   нация    постоянно   будет   чувствовать   себя    угнетенной,
дискриминируемой, находящейся под угрозой ассимиляции и т.п. - что будет
постоянно питать сепаратистские настроения и  в конце концов,  вероятно,
приведет к  отделению (либо к  затяжному конфликту,  но  такое состояние
нельзя считать ни  устойчивым,  ни,  тем паче,  желательным).  Причем от
большой нации тут  мало  что  зависит -  то  есть радикально ухудшить-то
ситуацию она может,  а  вот улучшить -  нет.  Так,  после падения режима
Милошевича едва  ли  можно  говорить,  что  Сербия угнетала Черногорию -
напротив,  готова была практически на  любые уступки для сохранения ее в
союзе -  однако Черногория все равно предпочла отделиться.  Дело в  том,
что справедливой схемы олигонационального государства с резкой численной
диспропорцией  не   существует  в   принципе.   Либо   мы   исходим   из
демократического принципа "один человек - один голос" - и тогда интересы
малого  народа  оказываются  дискриминируемыми в  силу  простых  законов
арифметики.  Либо мы ставим во главу угла равенство наций -  и тогда,  в
силу  тех   же   законов,   голос  одного  представителя  малого  народа
оказывается  в   десятки  и   сотни  раз   важнее,   чем   большого,   и
дискриминируемыми получаются уже представители большинства. Причем, если
мы  заменим выборную демократию,  скажем,  монархией,  ничего по сути не
изменится -  просто дискриминацию в  ту  или иную сторону вынужден будет
проводить не парламент,  а  монарх.  Отсюда видно,  почему в Соединенном
Королевстве,  где  англичане составляют около 80%  населения (во  всяком
случае,  так было 20  лет назад),  межнациональная ситуация хуже,  чем в
Бельгии и Швейцарии, где распределение куда более равномерно.

     Подходит ли олигонациональная схема для России?  Очевидно, нет - во
всяком случае,  для России в ее современном виде.  Во-первых,  народов в
ней  живет  не  несколько,   а  гораздо  больше,  в  то  время  как  для
олигонациональной страны три-четыре нации - это, вероятнее всего, предел
(согласитесь, пять-шесть государственных языков - это уже явный перебор,
и  даже  если  язык  один,  поиск консенсуса в  такой системе становится
чересчур трудным  делом).  Во-вторых,  эти  народы  слишком разнородны в
расовом,  этническом,  культурном и религиозном плане. Что бывает, когда
мусульман  объединяют  в   одно  государство  с   христианами  (а  также
атеистами,  к которым ислам еще более непримирим) - видно на примере все
той  же  Югославии;  Ливан  с  его  многолетними гражданскими войнами  и
террористической группировкой "Хизболла", фактически подменившей в итоге
государство -  тоже показательный пример.  А ведь в этих случаях речь об
этнически родственных народах (в  Ливане и  вовсе об  одном) -  различие
только в религии! У нас ситуация еще хуже. По сути, народы России вообще
ничто не объединяет.  Попросту нет роднящего всех фактора. Не считать же
таковым общую территорию -  она не общая,  у каждого народа она своя,  а
опоясывающая все  эти  территории граница есть не  более чем юридическая
условность.  Ну,  конечно,  русский язык -  но нельзя сказать, чтобы все
народы России действительно считали этот язык своим.  В лучшем случае он
для них что-то вроде английского:  знать в  современных реалиях полезно,
но,  конечно,  это  не  наше.  В-третьих,  между  русскими и  остальными
народами чересчур велика разница в численности. Я не говорю, что надо на
порядок сокращать численность русских или увеличивать численность других
народов до  сопоставимых с  ними величин -  я  лишь констатирую,  что на
таком   базисе   создание   устойчивого  олигонационального  государства
невозможно.

     Теоретически  олигонациональное  государство  могло  бы  получиться
объединением Руси (не нынешней России!) с Украиной (причем присоединение
к  ним еще и Беларуси уже было бы нежелательно,  ибо породило бы опасный
численный дисбаланс),  но  для  этого нет  никаких реальных предпосылок.
Имперские притязания России отвратили Украину от  нас если не  навсегда,
то  очень надолго.  Еще  более неправдоподобны перспективы объединения с
какой-нибудь другой сравнительно крупной страной, например, с Польшей. А
главное -  Русь,  даже  избавившаяся от  своих нерусских придатков,  все
равно останется весьма крупной страной,  и  дополнительное расширение ее
территории и населения способно породить больше минусов,  чем плюсов. Да
и  опыт Югославии и Чехословакии показывает,  что даже союзы родственных
славянских народов совсем не обязательно удачны.

     Наконец,   третий   вариант   -   государство   мультинациональное.
"Плавильный  котел   наций".   Наиболее   классическим  и   успешным  на
сегодняшний день воплощением этой схемы являются США. Страна иммигрантов
(ныне, впрочем, проводящая весьма жесткую иммиграционную политику). Хотя
в США существует такое явление, как китайские, негритянские, итальянские
и т.п.  кварталы (а также индейские резервации - напоминаю, кстати, тем,
кто  в  детстве переел советской пропаганды,  что  резервации -  это  не
концлагеря, откуда индейцев не выпускают, а принадлежащие самим индейцам
территории,  куда они вправе никого не впускать),  в  целом американцы -
это не союз различных народов (как при олигонациональном государстве), а
единый  народ,  образованный выходцами из  множества национальностей.  С
общей территорией,  общими органами управления (административное деление
страны не  носит  национального характера),  общим языком и  более-менее
общей культурой (культурой как в высоком,  так и в бытовом смысле,  куда
негритянский джаз  и  итальянская пицца  влились не  менее  прочно,  чем
музыка в  стиле  "кантри" и  хотдоги).  Национальное своеобразие если  и
сохраняется,  то  в  этаких  игрушечно-сувенирных формах:  ресторанчики,
лавочки (куда вход  открыт отнюдь не  только "для  своих"),  карнавалы в
день святого Патрика.  Но в серьезных вопросах американец (в особенности
родившийся в  США) -  это прежде всего американец,  и о своих этнических
корнях  он  вспомнит  лишь  в  том  случае,  если  ему  напомнить о  них
специально  (причем  не  исключено,  что  он  сочтет  такое  напоминание
обидным).  Причем,  что  характерно,  в  наибольшей степени  ассимиляции
подверглась  как  раз  та   национальность,   которая  составила  основу
американской  нации   (если  для   предыдущих  типов  государства  слова
"нация/народ"  и  "национальность" употреблялись  мной  практически  как
синонимичные,  то здесь их приходится противопоставлять).  То есть, если
потомков выходцев из Италии или Ирландии еще можно назвать итальянцами и
ирландцами,  то  "белый англо-саксонский протестант" -  это  уже  никоим
образом не  англичанин.  Безусловно,  нельзя сказать,  что  американская
схема работает безупречно. Главная проблема США в том, что это страна не
просто мультинациональная, но мультирасовая и мультирелигиозная; негры и
мусульмане  (как,  впрочем,  и  в  Европе)  представляют  собой  опасный
дестабилизирующий фактор,  и весьма вероятно, что в будущем эта ситуация
лишь  обострится.  И  все  же,  по  крайней мере пока,  американцам и  в
страшном сне  не  приснится идея "самоопределения вплоть до  отделения",
особенно по этническому признаку. Ценой этого, как уже сказано, является
ассимиляция всех  народов страны,  и  в  первую очередь -  центрального,
сыгравшего некогда государствообразующую роль.

     Мультинациональное устройство возможно не только в  демократической
республике американского типа.  По  сути,  это  единственное устройство,
подходящее для империй.

     Всякая  империя формируется некой  сильной нацией,  которая военным
или дипломатическим путем присоединяет к своей стране новые территории и
народы.  Очевидно, что сохранить моноэтническое устройство империя может
лишь в случае тотального геноцида или депортации всех завоеванных (ясно,
что о  мирном присоединении в  этом случае речи быть не  может) народов.
Тупиковость  этого  пути  рассмотрена выше.  Вместе  с  тем,  устойчивая
империя не  может быть и  олигонациональной -  то есть союзом небольшого
числа  сопоставимых по  численности наций,  каждая из  которых сохраняет
значительную автономию.  Просто потому,  что  это будет уже не  империя.
Австро-Венгрия,   правда,   попробовала  -   получилось  плохо.   (Могут
возразить:  а  как же Британская империя,  выше приводившаяся именно как
пример олигонациональной страны?  Как пример приводилась не  империя,  а
Соединенное   Королевство.   Которое   действительно  носит   и   носило
олигонациональный характер -  в  том числе и  в  период,  когда оно было
метрополией колониальной империи, благо иноэтнические выходцы из колоний
в  метрополию  почти  не  просачивались.  Сама  же  колониальная империя
оказалась неустойчивым образованием,  распад которого начался не в ХХ, а
уже в XVIII веке,  с отпадением американских колоний.) Возможен (и более
того -  характерен практически для каждой империи в  определенный период
ее развития) вариант, когда империообразующий народ хотя и не уничтожает
все прочие,  но безусловно доминирует над ними,  низводя их до положения
людей второго сорта,  не имеющих имперского гражданства и  сопутствующих
прав.   Но  такое  положение  подобно  положению  хозяина,   живущего  в
уединенном поместье (так,  что он не может рассчитывать на помощь извне)
в окружении рабов.  Когда рабы взбунтуются или разбегутся -  лишь вопрос
времени. То есть государство, в котором неравенство образующих его наций
закреплено юридически и  фактически,  устойчивым быть  не  может.  Таким
образом,  единственной альтернативой для  империи  является ассимиляция,
слияние завоевателей с  завоеванными (и  добровольно присоединившимися),
причем  в  наибольшей  степени  размыванию  при  этом  подвергается  сам
империообразующий  народ.  Такой  была  судьба  Романской  империи,  где
коренной  народ  активно  заимствовал обычаи  и  религии  присоединенных
(собственно, даже официальный романский пантеон был один в один передран
с   эллинского,   а   помимо  него,   широкое  распространение  получили
зороастризм (в  армии),  египетские верования (в  обществе,  которое  мы
теперь бы назвали светским),  ну а в конце концов, разумеется, еще более
чуждое романскому духу христианство),  а  "варвары" (напомню,  что в  ту
эпоху этот термин означал не только дикарей,  но и вообще представителей
других народов,  за исключением эллинов) и полукровки не просто получали
имперское гражданство и  служили в  легионах,  но и  еще до официального
крушения державы несколько раз всходили на  престол.  Чем это кончилось,
впрочем,  известно:  с  империей  покончил  не  внешний  завоеватель,  а
состоявший  на  романской  службе  германский  военачальник  Одоакр.   А
нынешние  итальянцы  и  энтически,   и  культурно  (достаточно  сравнить
романскую    выдержку    и    суровость   с    современной   итальянской
экспрессивностью)  очень  сильно  отличаются  от  создателей  величайшей
империи античности.  В  Византийской империи было  куда больше от  Азии,
нежели от стоявших у  истоков европейской цивилизации эллинов и романцев
(римлян),  хотя  сами  византийцы  именовали  себя  ромеями  (опять  же,
сравните современных чернявых греков с  белокурыми эллинами классической
эпохи).   По  тому  же  пути  шла  и  Российская  империя,   где  многие
аристократические роды  имели  татарское происхождение,  знать  говорила
по-французски,   армией  командовали  германцы  (притом  даже,   что  ни
французские,  ни  германские земли  в  состав  империи  не  входили),  в
императорах с  каждым  поколением  вдвое  сокращалось количество русской
крови,  а  охраняли  их  горцы-мусульмане из  Дикой  дивизии.  Советская
империя перестала быть русской даже формально;  большевики провозгласили
создание "новой общности - советского народа".

     Впрочем, большевисткая политика была, как обычно, самой скверной из
практически реализуемых:  мультинациональную схему перемешивания народов
и  культур  пытались  сочетать с  олигонациональной (15  обособленных по
национальному признаку республик -  что, конечно же, было чересчур много
для олигоэтнического государства -  да еще и национальные автономии в их
составе).  Более  того,  во  время  Второй  мировой коммунисты,  готовые
цепляться за  любую соломинку в  страхе перед казавшимся уже  неизбежным
поражением,  вдруг  вопреки  собственным заветам пустили в  ход  русскую
патриотическую риторику,  добавив в  этот  компот еще  и  моноэтнических
мотивов.  Получилась  нежизнеспособная конструкция,  самой  пострадавшей
стороной в которой оказались, естественно, русские. С одной стороны, они
продолжали числиться империообразующей нацией (пусть и  без произнесения
вслух слова "империя"),  и по всей стране каждое утро начиналось с гимна
про "сплотила навеки Великая Русь",  а  каждый учебный год -  с урока "о
русском  языке",   где  звучали  написанные  придворными  задолизами  из
"националов" стишки о "брате русском -  старшем брате". Тем самым у всех
остальных народов формировался образ  русских как  нации поработителей и
угнетателей, виновных во всех бедах, в которых на самом деле был виновен
коммунистический  режим.  В  то  же  самое  время  в  ряде  национальных
республик уровень жизни был выше,  чем в России (РСФСР),  а у русских не
было даже тех  атрибутов государственности,  которыми располагали другие
союзные народы: у них не было своей республики (многонациональная РСФСР,
из  которой получилась нынешняя Россия -  это не  Русь!),  своей столицы
(Москва де факто была столицей всего Союза),  своей Академии наук и т.д.
Русский,  даже если он был уроженцем инонациональной республики (кстати,
в  настоящем мультинациональном государстве место рождения не  значимо),
не мог занять в  ней высший пост (максимум -  второго секретаря),  в  то
время  как  нерусский мог  возглавить СССР  (русский  тоже  мог,  но  на
практике бОльшую часть времени существования советской империи во  главе
ее  стояли  нерусские:  то  грузин  Джугашвили,  то  украинцы  Хрущев  и
Брежнев).  В  общем,  как  уже  не  раз  отмечалось,  СССР был "империей
наоборот",  где положение метрополии было хуже, чем у провинций, нередко
на ней попросту паразитировавших,  а  русские,  имея все минусы "главной
имперской нации", не имели никаких плюсов, которые могли бы проистечь из
такого  положения  (за  исключением разве  что  отсутствия необходимости
учить государственный язык,  отличный от  родного).  Ну и  результат для
этой империи,  рухнувшей через неполные 70  лет после своего создания (и
вовсе не по воле нескольких политиков,  а  по воле народов,  повсеместно
голосовавших за независимость на референдумах) - неудивителен.

     Этот пример лишний раз  подтверждает,  что устойчивая империя -  то
есть  такая,  которая  в  состоянии  просуществовать хотя  бы  несколько
столетий  -   может  строиться  лишь  при   последовательной  реализации
мультинационального принципа.  (Кстати,  это верно и для Чжунго (Китая),
могущей показаться моноэтнической лишь из западного далека,  а  на самом
деле  представляющей собой  результат  многовекового смешения  кровей  и
культур;  эту страну кто только не завоевывал - чжурчжэни, монголы и др.
- и  результат всегда был один:  побежденные ассимилировали победителей.
Единого  китайского  языка  не  существует  до  сих  пор:  его  диалекты
различаются столь сильно,  что их носители едва понимают друг друга.)  И
отсюда  следует  важный  вывод:  вопреки распространенной точке  зрения,
националист не  может  быть  сторонником империи  и  наоборот.  Либо  ты
сторонник суверенности,  самобытности, незыблемости культурных ценностей
и генофонда, возможно - некоего особого статуса своего народа (не говорю
сейчас, хорошо это или плохо, а просто перечисляю традиционные ориентиры
националистов),  либо -  размывания всего этого и самого твоего народа в
составе общей империи.  Пытаться бороться за  то  и  другое одновременно
есть безграмотная и вредная глупость, которая на практике, скорее всего,
увенчается провалом по  обоим направлениям.  На простом примере:  нельзя
одновременно возмущаться обилием кавказцев на  русской земле и  ратовать
за присоединение Абхазии и Южной Осетии.

     Возможно ли создание в современных условиях Российской империи? Да,
вполне (и  может  быть  -  даже  в  форме  монархии;  во  всяком случае,
большинство россиян  сейчас  вполне  покорно принимают демонтаж остатков
демократической выборной системы, не бунтуют против сидящих на посту уже
четвертый  срок   региональных  царьков  и   готовы   поддержать  отмену
двухсрокового ограничения для президента).  Только желающие этого должны
отдавать себе отчет,  что  это  не  будет ни  "Россия для  русских",  ни
конфетно-бараночная мечта  монархистов о  России XIX  века,  где  князья
Юсуповы куда больше походили на французов,  нежели на татар. В одну реку
нельзя войти дважды,  и  теперь ассимиляция пойдет уже  на  новом этапе,
причем  без  западноевропейской  составляющей,  повыбитой  большевиками.
Новая Российская империя будет торжеством т.н.  евразийства,  а  точнее,
ставя  более существенную составляющую на  первое место -  азиопства.  С
мечетями  на  каждом  углу,  исламской  (а  заодно  уж  и  православной)
религиозной  цензурой  под  предлогом  "недопущения  оскорбления  чувств
верующих"  (собственно,  это  уже  реализуется -  вспомните  трусливое и
омерзительное  поведение  российских  властей  во  время  "карикатурного
скандала"),  с  внешней политикой,  ориентированной на  ислам  и  Китай,
против  классической белой  евроамериканской цивилизации (что  тоже  уже
проводится в  жизнь -  достаточно посмотреть,  как  нынешний кремлевский
режим  пресмыкается перед Ираном,  ливанско-палестинскими террористами и
Северной  Кореей,  всеми  силами  отстаивая  на  международной арене  их
интересы),  рано  или  поздно  (учитывая демографические тенденции) -  с
мусульманином во главе страны (который,  впрочем, может быть и этнически
русским,  но это слабо утешает).  Короче, с торжеством азиатчины по всем
направлениям,  от внешней и внутренней политики до национального состава
когда-то   русских   городов.    Возвращение   Орды,   столь   уважаемой
"евразийцами", на новом историческом этапе и уровне технологий. Может ли
такая страна быть  великой?  Если измерять величие размером территории и
населения  (без  учета  его  качественного  состава  и   уровня  жизни),
количеством ядерных боеголовок и степенью порождаемого ими страха -  да,
вполне.  Но лично я  против перспективы такого величия готов сражаться с
оружием в руках.

     Подчеркиваю  -   наиболее   устойчивый  вектор   развития  нынешней
мультинациональной "Россиянии" именно  такой.  Как  вариант  -  по  сути
примерно то же самое,  но не в имперских, а в демократических декорациях
(в  нынешнем больном и  извращенном понимании демократии,  где во  главу
угла  ставится  самоубийственная концепция  "политкорректности" и  "прав
любых меньшинств").  То есть с заимствованием худших -  но не лучших!  -
черт  современных США  и  Европы.  С  реализацией идеи,  уже  озвученной
Новодворской:  законы  о  разжигании национальной розни  можно  и  нужно
применять для защиты национальных меньшинств, потому что они маленькие и
слабые,  но нельзя применять для защиты русских,  потому что их много, и
они сами в  состоянии себя защитить.  (Интересно,  каким образом русские
должны защищать себя, если их не защищает закон? Кулаками и палками? Так
когда это  происходит,  господа правозащитники первыми поднимают крик  -
см.  события в той же Кондопоге.) Скажете -  народ такую идею не примет?
От Новодворской -  не примет,  а  от какого-нибудь очередного путина,  в
особенности если  эта  идея  будет не  озвучиваться открытым текстом,  а
прикрываться псевдопатриотической риторикой о "великой многонациональной
России"? Не этому ли народу внушали в детском саду и начальной школе "ты
умный,  ты сильный -  значит, ты должен уступить"? Пока что из множества
антинародных  мер,   предпринятых  кремлевским  режимом,   выраженный  и
эффективный  протест  вызвала  лишь  монетизация льгот.  Самое  смешное,
кстати, что Новодворская - гораздо больший патриот России, нежели Путин.
Вопреки распространенному мнению, она вовсе не "зоологическая русофобка"
и не "платный наймит" неких темных сил. Она абсолютно искренне убеждена,
что реализация ее идей будет благом для России,  и  в  буквальном смысле
готова отдать за это жизнь,  что доказывала делом с советских времен.  В
отличие от Путина и Ко,  которых интересует не Россия, а личная власть и
вытекающие из оной преференции.

     Итак,  мультинациональный путь, показавший свою эффективность в США
(во всяком случае,  до  эпохи "политкорректных" извращений),  для России
(Руси) подходит плохо.  И  вовсе не  потому,  что  "то,  что  американцу
здорово,  для  русского смерть"  (это,  конечно же,  чепуха).  А  просто
потому,   что   исходные  условия  и   "строительный  материал"  разные.
Американская нация,  несмотря на негров,  китайцев и т.п., формировалась
все  же  на  базе европейских народов.  Инорасовые составляющие получили
права много позже и  вынуждены были встраиваться в  уже готовую систему,
созданную на  европейской основе,  а  не  переделывали ее под себя (этот
принцип стал нарушаться лишь в  последнее время,  когда США поразила все
та  же  проклятая  болезнь  "политкорректности").  Да,  они  принесли  в
американскую культуру блюз и джаз (о чем едва ли стоит сожалеть), но при
этом не застраивали Вашингтон вудуистскими капищами, не доказывали через
суд  свое  право ходить в  официальные места в  национальных набедренных
повязках и т.п.  -  а как раз наоборот, принимали христианство (которое,
при всем моем очень прохладном к  нему отношении,  все же  прогрессивнее
дикарских культов), европейское платье и европейский образ жизни. И даже
при  всем  при  этом,  повторюсь,  они  остаются для  Америки  серьезной
проблемой,  без  которой жизнь  в  США  явно  была  бы  лучше (так,  80%
преступлений в  этой  стране  совершается черными).  Российская  же  (не
путать   с    русской)   нация    строилась   и    строится   на    базе
противоестественного  и   пагубного   слияния   европейцев  (русских   и
меньшинств,  представляющих другие  славянские народы) с  разнообразными
азиатами,  отнюдь не  испытывающими пиетета перед европейской культурой.
Если негры появились в  Америке,  как рабы,  то ведомые монголами азиаты
пришли на Русь, как поработители.

     Что   же   получается?   Мультинациональный  путь  для   нас  плох,
олигонациональный нереализуем,  мононациональный тоже  чреват серьезными
проблемами. Что же - для России вообще нет конструктивной программы? Для
нынешней мультинациональной России, во многом унаследовавшей пороки СССР
- действительно,  нет.  Но  для русских как европейского народа -  есть.
Посмотрим же на лозунг "Русь для русских" более внимательно.

     И   увидим,   что  основные  проблемы,   связанные  этим  лозунгом,
порождаются   слишком   буквальным   его    пониманием   как    неумными
националистами, так и их неумными противниками. Так что устоявшиеся мифы
тут  следует развенчивать попарно.  Прежде всего,  кого следует называть
русским?  С одной стороны, нацистский генетический редукционизм, то есть
сведение  вопроса  к  "чистоте крови",  нелеп  и  контрпродуктивен.  Ибо
"поскреби русского -  найдешь татарина".  Выше уже  говорилось,  что при
последовательном  применении  этого   принципа  нерусскими  надо   будет
признать почти  всех  людей,  составивших славу  России -  от  Пушкина и
Лермонтова до  Менделеева и  Сикорского.  С  другой  стороны,  нелепо  и
предложение  некоторых   либералов  отождествить  понятия   "русский"  и
"россиянин",   признав   русскими  всех   граждан  России   (иногда  это
обосновывают тем, что для Запада все равно все они Russians - ну да это,
во-первых,  не наши проблемы,  а  во-вторых,  адекватным переводом этого
слова является как раз "россияне",  то есть "граждане страны Russia",  а
отдельного понятия "Русь" там просто не существует,  поскольку сама Русь
давно уже  не  существует как  государственное или  хотя  бы  автономное
образование).  И даже критерий,  предложенный Владимиром Далем - русский
тот,  у  кого  родной язык русский -  явно недостаточен.  Ибо  под  него
попадает если и не лично Шамиль Басаев (чей родной язык,  вероятно,  все
же чеченский), то, во всяком случае, кто-то подобный: воспитанный хоть и
на  русском языке  (ибо  в  позднесоветские времена среди представителей
нерусских народов,  особенно малочисленных,  было  уже  немало тех,  кто
подзабыл или вовсе не знал свой национальный язык),  но в  совершенно не
русской (и более того - антирусской и антиевропейской) культурной среде.

     Следует также отметить,  что  быть русским -  это  само по  себе не
достоинство.  Равно как  и  не  недостаток.  Русский не  может быть прав
только потому, что он - русский, и не может быть виноват по той же самой
причине.  Русский может быть как гением,  так и  кретином,  как образцом
добродетелей,  так  и  законченной  мразью.  В  конечном  счете,  любого
человека следует оценивать по  личным качествам,  а  не  по национальной
принадлежности.

     Да,  подхватывают либералы,  и  то  же самое верно для любой другой
национальности, ни одна из которых не лучше и не хуже других, а раз так,
незачем  вообще  городить все  эти  национальные перегородки,  все  люди
братья и  должны относиться друг к другу одинаково.  Стоп.  Даже если мы
признаем,  что ни  один народ не  лучше и  не хуже другого,  из этого не
следует равное отношение.  Пусть наши  соседи объективно ничуть не  хуже
нашей семьи,  но  интересы нашей семьи для нас важнее интересов соседей.
Это не просто естественно -  это разумно, и стыдиться этого могут только
ушибленные политкорректностью на  всю  голову.  Коль  скоро в  этом мире
многие  цели  недостижимы  в  одиночку  (или  же  их  достижение  сильно
затруднено),  а  значит,  объединяться в  группы все  равно необходимо -
логично группироваться с ближними,  а не с чужими.  Это не значит, что с
чужими мы настроены на конфликт. Напротив, мы можем с ними взаимовыгодно
сотрудничать - в тех областях, где наши интересы совпадают. Но совпадать
всегда и  везде они не могут,  ибо "такого чуда даже сам Саваоф Баалович
не  знал".  Стало быть,  надо избегать конфликтов там,  где это возможно
(ибо в  любом конфликте,  в  конечном счете,  страдают обе стороны),  но
проявлять твердость там,  где  это  необходимо.  Не  потому,  что мы  на
стороне Добра,  а они - Зла. Просто у разных групп интересы разные. И мы
будем отстаивать свои, а они - свои.

     Ну а почему группирование именно по национальному признаку, а не по
признаку,  скажем,  убеждений?  Отнюдь, такого я не говорил. Безусловно,
русскому   интеллектуалу-атеисту,    стороннику   светского   свободного
государства,  гораздо ближе араб тех же  взглядов (редчайшее,  но иногда
все-таки   встречающееся  исключение!),   нежели   русский  православный
ортодокс или вполне безыдейный русский гопник.  И  я  отнюдь не призываю
брататься с уголовниками и идейными врагами на том основании,  что они -
тоже  русские.  Напротив,  уголовников надо беспощадно давить всей мощью
государства,  а с законопослушными врагами -  бороться на идеологическом
фронте законными методами, невзирая на национальности. Но у нас пока нет
возможности            организовывать           государства           по
интеллектуально-мировоззренческому признаку.  Значит,  если  исходить из
тезиса,   что  все  народы  примерно  равны,  то  что  в  гомо-,  что  в
гетерогенном  по  национальному признаку  обществе  количество  умных  и
дураков,  честных и  уголовников и т.п.  будет примерно одинаковым.  При
этом,   как   было  отмечено  выше,   при   прочих  равных  людям  одной
национальности удобнее сотрудничать друг с другом.  Что, при достаточной
численности населения,  является  аргументом  в  пользу  моноэтнического
государства.

     Но это еще не все.  Выше мы приняли на веру,  что все народы равны,
однако на самом деле это еще один либеральный миф. И их нынешнее, весьма
различное положение -  лучшее тому доказательство. Если кто-то за тысячи
лет  так  и  не  выбрался  из  джунглей,  то  это  не  потому,  что  его
задискриминировали злые  европейские колонизаторы.  Если бы  он  был  не
хуже, чем они, то встретил бы колонизаторов не копьями, а такими же, как
у них,  пушками.  Но наоборот -  все  достижения цивилизации, которые он
все-таки имеет,  он имеет благодаря европейцам. И если на одной и той же
территории один народ растит сады и движет вперед культуру и прогресс, а
другой прозябает в  пустыне и знаменит лишь своим религиозным фанатизмом
и  постоянными терактами против  невинных -  виноват в  этом  отнюдь  не
первый народ,  и  не оба они в  равной степени,  а целиком и полностью -
второй.  Факты не желают укладываться в прокрустово ложе политкорректных
догм и  упрямо демонстрируют,  что,  скажем,  IQ негров в  среднем на 10
пунктов ниже,  чем у  белых (причем это -  в  США!  в Африке,  вероятно,
разница еще существеннее), а ислам есть религия мракобесного фанатизма и
непримиримого  насилия,  у  которой  священные  тексты  прямо  призывают
истреблять неверных всюду по мере обнаружения (Коран,  9:5,  9:14, 9;29,
8:39, 2:193, 9:123, 60:4 и т.п.), а  приверженцы  несут  ответственность
за весь  международный  терроризм  (все   другие   формы   терроризма  -
узко-локальные,   а   не  международные)  и  празднуют  каждое  убийство
многотысячными демонстрациями поддержки.

     Все это не означает,  что не может быть умных негров, и даже таких,
которые были  бы  умнее  любого  белого (прецеденты последнего,  правда,
неизвестны,  но  теоретическая возможность  есть).  Или  что  не  бывает
миролюбивых нерелигиозных арабов.  Или что нет цыган,  ведущих достойный
образ  жизни,   никак  не   связанный  с   наркоторговлей,   воровством,
мошенничеством и попрошайничеством. Но когда мы говорим о народе в целом
- мы говорим не об отдельных исключениях, а об общем уровне. Более того,
я не зря оговорился,  что оценивать надо  по личным качествам в конечном
счете.   А  откуда   эти  качества  берутся?   В  первую  очередь  -  из
наследственности  и   воспитания,   а  на  то  и  другое  (если  человек
воспитывается в  своей  национальной среде)  национальная принадлежность
прямо влияет.  Да, человек может избавиться от своих национальных черт -
как в  силу нетипичных внешних обстоятельств,  так и в силу сознательной
работы  над   собой.   Но   вероятность  того,   что   эти  черты  будут
присутствовать,   все  же  заметно  выше.   Так  что  учет  национальной
принадлежности при  оценке  человека или,  в  особенности,  группы людей
имеет основание не только статистическое,  но и причинно-следственное. И
с этой точки зрения необходимо честно признать, что народы, которые хуже
других,  таки  есть.  Очевидно,  что  жить  с  такими  народами в  одном
государстве, мягко говоря, не целесообразно.

     Русские,  безусловно,  тоже не  идеальны.  Века азиатчины,  сначала
принесенной  Ордой,  а  потом  насаждаемой собственными правителями,  от
Иоанна  Грозного  до  большевиков  и  Путина,  нанесли  русскому  народу
огромный вред.  И  все  же  это народ,  который шел в  авангарде великой
европейской цивилизации в эпоху ее постантичного возрождения - и все еще
имеет шанс  вернуть себе  эту  роль  теперь,  когда Западная Европа и  в
несколько    меньшей    степени    США    переживают   тяжелый    кризис
"политкорректности",   толерантности  к  врагам,   утраты  ориентиров  и
слабости воли.  От того,  удастся ли русским это сделать, может зависеть
не только их судьба,  но и  судьба цивилизации в целом (подробнее см.  в
моей статье "О русской национальной идее"). И, конечно, нецивилизованные
и неевропейские придатки отнюдь не помогут решению этой задачи. Хочу еще
раз  подчеркнуть:   всякий,   кто,   по  недомыслию  или  злому  умыслу,
противопоставляет русских западной цивилизации,  кто заявляет (и  даже с
гордостью),  что Россия - не Европа, кто насаждает вражду между русскими
и другими европейскими народами (или,  к примеру,  между Европой и США)-
совершает преступление против цивилизации как таковой и  играет на  руку
нашим общим азиатским врагам.

     Вообще  как  для  неумных  либералов,  так  и  для  неумных русских
националистов характерна одна  и  та  же  ошибка:  чрезмерное обобщение,
неумение  отделять мух  от  котлет.  Либералы считают,  что  все  народы
одинаково хороши,  националисты -  что  русские  лучше  всех  (то  есть,
фактически,   что  все  остальные  народы  плохи),  причем  русских  они
определяют в первую очередь по чистоте крови.  Но, как уже было сказано,
народы  -   разные.   Есть  те,  что  образуют  европейскую  цивилизацию
(европейскую по происхождению, но давно вышедшую за географические рамки
Европы  -  то  есть  сюда  входят  американцы,  канадцы  и  австралийцы;
естественно,  сюда  входят и  русские,  даже  если  они  живут восточнее
Урала).  Есть те,  кого не назовешь европейцами в прямом смысле,  но кто
движется с нами если и не в одной лодке,  то,  по крайней мере,  сходным
курсом:  от  японцев  и  южнокорейцев до  наиболее  цивилизованных стран
Латинской Америки.  Есть народы, попросту чуждые нашей цивилизации - как
в  силу  общей неразвитости,  так  и  в  силу  следования некоему своему
"особому пути"  (скорее всего,  тупиковому -  см.  опять  же  статью  "О
русской  национальной  идее").   И  есть,  наконец,  народы,  нам  прямо
враждебные -  это в  первую очередь мусульмане (нет,  я не путаю нацию и
религию,  но корреляция здесь очень высока) и  национал-коммунистический
Китай (не следует забывать и про невменяемую Северную Корею с ее атомной
бомбой,  выпестованной, кстати, исключительно по вине путинского режима,
помешавшего   цивилизованным  странам   проводить   ультимативно-жесткую
политику в отношении этой страны фанатиков).

     Как  уже  было отмечено выше,  одинаково глупо как абсолютизировать
генетический фактор ("кровь"),  так  и  вовсе  от  него  отмахиваться (в
частности,  по мнению большинства современных ученых, интеллект задается
генами,  как минимум,  на  50,  а  возможно,  что и  на 80%).  Опять же,
неразумно стремиться как к  полному генетическому однообразию (чреватому
вырождением),  так и  к полному хаосу.  Распространенное мнение о пользе
смешанных браков для  потомства верно  лишь  отчасти -  а  именно тогда,
когда  скрещивающиеся генотипы  отличаются,  но  не  очень  сильно.  При
слишком большой разнице в генах отца и матери, напротив, возрастает риск
врожденных патологий;  упрощенно говоря,  такие  гены  плохо  стыкуются.
Таким  образом,  в  смешивании генов  родственных народов ничего плохого
нет,  а  вот межрасовых браков лучше все же избегать (да,  мы помним про
Пушкина,  но  откуда следует,  что  его  сделала Пушкиным именно примесь
негритянской крови?  В  конце концов,  людей с такой же примесью,  ничем
хорошим не прославившихся, на много порядков больше.) Кстати говоря, то,
что   верно  для   генотипов,   в   значительной  мере  приложимо  и   к
"культуротипам".

     Исходя из  вышесказанного,  представляется разумным так  определить
русского: русский - это человек европейского генотипа (во всяком случае,
таковые гены должны доминировать),  для которого русский язык и  русская
культура  являются  основными,  и  который  сам  признает себя  русским.
Обратите внимание -  я  недаром  сказал  "основными",  а  не  "родными".
Русским может стать и  иностранец европеоидного происхождения,  если  он
долго  жил  в  русской среде и  полностью ассимилировался (и  наоборот -
урожденный русский может перестать им  быть,  в  том  числе и  просто по
собственному желанию).  С другой стороны, русским не может быть негр или
монголоид,  даже если он  родился в  России и  не  знает никакого языка,
кроме русского.  Господа правозащитники,  не спешите кричать о  фашизме.
Выше  было  отмечено,  что  быть  русским  -  это  не  достоинство и  не
недостаток,  соответственно,  если кого-то  признают нерусским -  это не
унижение и  не оскорбление.  Следует также отметить,  что к европеоидным
относятся не только западные народы, но также армяне, грузины и евреи. У
всех  этих народов есть собственные древние культуры,  и  в  большинстве
своем их  представители предпочитают оставаться при своей национальности
(если, конечно, какой-нибудь очередной тоталитарный режим не развязывает
против  них  репрессий  по  национальному признаку,  что  само  по  себе
преступление,  от которого выигрывают опять-таки лишь наши общие враги).
Но  те  их представители,  которые полностью ассимилировались в  русской
культурной среде  (нередко уже  и  не  в  первом  поколении),  в  полном
соответствии с  определением выше,  могут быть  признаны русскими,  если
сами  того  захотят.  Полагаю,  нет  нужды в  очередной раз  перечислять
славные имена от  Левитана до  Окуджавы,  доказывая этот  тезис.  А  вот
мусульманин русским быть не может,  даже если он европеоид - не проходит
по  критерию единства культуры (но  может быть атеист,  христианин любой
конфессии или, скажем, славянский язычник).

     Принятие  такого  определения позволяет  снять  основные  проблемы,
присущие моноэтническому государству.  Государство русских в этом случае
не   подвергается  опасности  генетического  застоя,   ибо  открыто  для
родственных  европейских  народов,   но  в   то  же  время  защищено  от
инорасового  размывания.  От  достижений  чужой  культуры  оно  тоже  не
отгораживается,  однако хранит свою в  качестве основной (в  том числе и
юридическими мерами, препятствующими, например, засорению русского языка
- только,   естественно,   без  маразма  типа  попыток  запретить  слово
"доллар").  В  какой мере в  таком государстве должен воплощаться лозунг
"Русь для русских"?

     Разумеется,  не  в  буквальном,  типа "закрыть границу и  никого не
впускать,  а  всех  нерусских выгнать или  загнать в  лагеря" (или  даже
"мирно  переселить",  каковой вариант рассматривался выше,  при  анализе
"чисто моноэтнического" государства).  Этот  лозунг следует трактовать в
том же смысле,  что и "дом для хозяев".  Полагаю,  нет нужды доказывать,
что  всякий дом -  он  именно для хозяев.  При этом дом может быть сколь
угодно гостеприимным (хотя зазывать в  гости пьяных бомжей и разбойников
с  большой дороги все  же  не  стоит),  а  если в  нем достаточно места,
хозяева могут поселить у  себя родственников и  друзей и  на  постоянной
основе.  Но,  тем не менее, они остаются хозяевами и вольны сами решать,
как им управляться в доме и кого пускать,  а кого не пускать на порог; и
крайне глупо было бы для них пускать к себе людей явно посторонних (если
только  это  не  сантехник,  пришедший  чинить  канализацию  и  уходящий
восвояси после выполнения работы) и, тем более, враждебных.

     Вернемся же от аналогий к  рассматриваемому предмету.  Всех жителей
практически любой страны можно поделить на три группы: граждане, имеющие
вид  на  жительство  и  гости.  На  самом  деле  есть  еще  четвертая  -
нелегальные иммигранты,  но к ним отношение предельно простое: их просто
не  должно  быть.   Совсем  не  должно  (как,  впрочем,  и  других  форм
нелегальной деятельности). И достигать этого следует не только усилением
пограничного и полицейского контроля. Россия-Русь должна потерять всякую
привлекательность в  глазах  потенциального нелегального иммигранта.  По
всей Африке и Азии должны ходить жуткие истории о том,  что это -  самое
последнее место на земле,  куда следует лезть без разрешения. Что всякий
нелегальный  иммигрант  здесь  немедленно  попадает  либо  в  рабство  у
страшных русских бандитов,  которые заставляют его работать по  двадцать
часов в сутки,  пока он не умрет от истощения и побоев,  либо в руки еще
более  страшной  русской  полиции,  которая  передает  его  в  секретные
лаборатории для  чудовищных медицинских опытов  и  разборки  на  органы.
Причем совсем не обязательно, чтобы это было правдой. Как раз наоборот -
лучше,  чтобы это правдой не было,  и ни один правозащитный комар не мог
подточить  своего  чересчур  въедливого  носа.   Но   чем  бесспорнее  и
обоснованнее  будут  официальные  опровержения,   тем   активнее  должны
распространяться слухи в  странах третьего мира (не исключая и  те,  что
когда-то входили в состав СССР и России).  Право же, отдельной секретной
строки в  бюджете на  это  не  жалко,  тем  паче что затраты потребуются
совсем небольшие.

     Так  вот,  вернемся к  легальным жителям страны.  С  гражданами все
понятно:  это те люди,  для которых,  собственно, страна и существует, и
они  имеют  в  ней  наибольшие  права  и  возможности.  Имеющие  вид  на
жительство  также   могут  проживать  в   стране  постоянно,   работать,
приобретать собственность и  т.д.  Их  отличие в  том,  что они не имеют
права участвовать в управлении страной -  ни в качестве избирателей, ни,
тем  более,  в  качестве  представителей  власти.  Соответственно,  хотя
обычные работа и коммерция для них доступны, но определенные должности и
определенные сделки,  связанные с  национальной безопасностью,  для  них
закрыты.  Имеющий вид на  жительство может иметь либо гражданство другой
страны,  либо вообще никакого (в зависимости от этого,  кстати, возможны
определенные вариации его правового статуса -  теоретически у подданного
чужой страны больше мотивов действовать в интересах другого государства,
чем у  лица без гражданства).  А вот института двойного гражданства быть
не  должно;  в  самом деле,  что  делать "двойному гражданину" в  случае
конфликта (и  не  обязательно даже военного) между своими "отечествами"?
Наконец,  гости - это те, кто приехал в страну на ограниченное время, по
истечении коего должен ее  покинуть.  В  основном их правовой статус тот
же,  что и у любых других иностранцев.  Следует подчеркнуть, что гость -
это не человек второго сорта,  не эвфемизм для нелегального иммигранта и
т.д.; хороший хозяин относится к гостям с уважением, но, однако же, и не
зовет  в  гости кого  попало.  К  гостям относятся туристы,  иностранные
студенты,  прибывшие по временному контракту работники; в зависимости от
цели визита,  конкретные права гостя (в  том числе на  работу,  на выбор
места  проживания  и  т.д.)  могут  варьироваться.   Гости  (разумеется,
законопослушные)  полезны  стране   пребывания,   ибо   платят   ей   за
гостеприимство своими  деньгами  или  трудом.  Но  если  гость  начинает
забывать о  том,  что  он  здесь не  хозяин -  его  надлежит без  лишних
церемоний выставить за дверь.

     В  мононациональном  государстве  также  прекрасным  образом  могут
присутствовать все  три эти составляющие.  Таким образом,  строительство
России-Руси  по  разумно  трактуемому моноэтническому принципу вовсе  не
означает  идеологии  осажденной  крепости  и  этнических чисток.  Просто
гражданство  в   такой   стране  будет  предоставляться  преимущественно
русским,  причем русским в  вышеописанном смысле -  то есть с  учетом не
только  происхождения (которому  достаточно  быть  европеоидным),  но  и
культуры.  Это означает,  что не  только приехавшие из-за границы,  но и
коренные  уроженцы  должны   будут   сдавать  экзамен  на   гражданство,
демонстрируя свое  знание  русского языка,  культуры,  истории  и  основ
правовой   и   политической  системы   (этим   равенством  требований  к
иностранным соискателям и коренным жителям,  кстати,  Русь докажет,  что
именно  она  является  подлинно  демократическим,   а   не  "нацистским"
государством -  хотя нужно это,  естественно, не для того, чтобы кому-то
что-то доказать, а для того, чтобы формировать нацию из достойных людей,
а  не  из  тупого  пьяного быдла).  Реализовать это  совсем не  сложно -
поскольку  полноценное  гражданство  человек  получает  лишь   вместе  с
паспортом,  то есть в  уже довольно взрослом возрасте (который,  кстати,
неплохо бы  вновь поднять до  16  лет),  соответствующий экзамен следует
просто включить в школьную программу (а соответствующие предметы там уже
есть).  Не  прошедшие экзамен имеют  право на  пересдачу,  но  -  спустя
какое-то время,  не очень короткое.  На момент принятия соответствующего
закона для всех,  у кого школа уже позади,  в качестве результата такого
экзамена следует  зачесть  средний балл  по  вышеупомянутым предметам из
аттестата зрелости (скажем, он должен быть не ниже 4); впрочем, для тех,
кто учил историю по  советским учебникам,  оценку по  ней едва ли  можно
признать валидной,  и,  чтобы не проводить массовых переэкзаменовок, для
такой  категории можно  пойти на  компромисс,  исключив этот  предмет из
зачетных.   (Могут   возразить,   что   бессмысленно  вводить   какие-то
образовательные цензы в стране,  где дипломами торгуют в любом переходе;
ну так а кто сказал,  что с преступностью, в том числе и такой, не нужно
бороться?  Как раз эту шушеру можно передавить, как клопов, за несколько
дней - была бы политическая воля.)

     Для  не  получивших гражданство в  силу  различных причин  (включая
собственное  нежелание)  остается  вариант  вида  на  жительство.  Такой
вариант наиболее годится для  нерусских,  желающих постоянно проживать в
России (Руси).  Как уже отмечалось, со временем нерусский, если сам того
захочет,   может  стать  русским  (и   получить  гражданство  на   общих
основаниях) -  но это верно лишь для представителей европейских народов.
Представителям  иных  рас,   в  принципе,   тоже  можно  давать  русское
гражданство (при этом русскими они,  конечно,  считаться не будут, но на
их  правовой статус это  никак не  повлияет),  однако уже  не  на  общих
основаниях,  а  за  особые заслуги (я  бы,  впрочем,  давал его уже всем
докторам  наук,  за  исключением  мусульман;  мусульманам гражданство не
следует давать ни  под каким видом,  и  пусть те,  кто тут же  завопит о
"фашизме",  попробуют,  не  будучи  мусульманами,  получить  не  то  что
гражданство Саудовской Аравии, а хотя бы право на посещение Мекки).

     Предоставлять вид  на  жительство следует,  конечно  же,  в  первую
очередь   представителям   цивилизованных   народов   (не    обязательно
европейских),  а  всех остальных -  лишь в  тех  исключительных случаях,
когда   выходец  из   отсталой  страны   оказывается  намного  умнее   и
талантливей,  чем его соплеменники,  и при этом нет причин сомневаться в
его  лояльности к  европейской цивилизации (впрочем,  последнее  условие
должно  выполняться для  любого человека,  которому разрешается въезд  в
европейскую страну,  включая,  конечно же,  и Русь). К гостям требования
менее строгие,  но  и  тут безусловно не  следует пускать в  страну кого
попало, отдавая предпочтение опять-таки цивилизованным этносам. И даже в
случае,  когда  нужны явно  не  интеллектуалы,  а  какие-нибудь сезонные
рабочие   для   физического   труда,   следует   отдавать   предпочтение
представителям культурно близких народов.  Мусульман если и пускать,  то
лишь  в  качестве туристов,  причем без  права свободного перемещения по
стране,  и  держать их  под наблюдением.  Хотя,  право же,  лучше бы  не
пускать их вообще.

     Отдельный вопрос  -  если  национальным автономиям,  которые  чужды
русским в религиозном,  культурном и расовом плане, следует предоставить
государственный суверенитет,  то что делать с народами,  которые слишком
малы  и  слабы,  чтобы образовать собственные государства?  С  коренными
жителями Крайнего Севера,  например.  Видимо,  для  них  следует сделать
исключение и  предоставить им возможность сдавать экзамен на гражданство
на общих основаниях -  без каких-либо поблажек,  но и  без более строгих
условий,   предъявляемых  нерусским.   Поскольку  такие   народы   очень
немногочисленны,  даже при поголовном получении гражданства (что едва ли
произойдет,  учитывая их  далеко  не  стопроцентную грамотность) они  не
смогут как-либо ущемить интересы русских,  даже если б  захотели (а  они
этого, как правило, не хотят, понимая, что зависят от Большой Земли).

     Таким образом,  въездная политика мононациональной Руси должна быть
жесткой  и  разборчивой,  но  это  отнюдь  не  означает закрытости и  не
означает, что в стране не сможет жить никто, кроме русских. Это означает
лишь  дифференцированный подход  к  имеющему научную степень англичанину
или  японцу -  и  безграмотному голодранцу из  какой-нибудь Танзании или
пусть   даже    образованному   и    материально   благополучному,    но
арабу-мусульманину  (напомню,   именно  такие   осуществили  теракты  11
сентября).  Без  каких бы  то  ни  было  политкорректных благоглупостей.
Нежелательным  для  моноэтнического государства  является  существование
сильных   инонациональных  диаспор   и   обширных  районов   компактного
проживания  лиц  других  национальностей.   То   есть  желающим  жить  в
России-Руси на  постоянной или,  как минимум,  длительной основе следует
ясно  давать  понять,  что  они  в  этом  случае  должны по  возможности
интегрироваться в русскую культурную среду,  а не противопоставлять себя
ей. Это не означает принудительной русификации, но это означает, что при
любом  возникновении противоречий между  нормами  и  обычаями русских  и
нерусских приспосабливаться должны будут вторые,  а  не первые и не те и
другие  в   равной  степени.   Хочу   особо  подчеркнуть  разницу  между
конструктивным  взаимодействием  культур,   взаимно  обогощающим  их,  и
конфликтом  между  ними.   Если  другие  народы  дают  нам   возможность
познакомиться со своим искусством,  своей национальной кухней и  т.п.  -
это  замечательно (ну,  если  не  брать  какую-нибудь  совсем  уж  дикую
экзотику,  которая может быть вредной для  физического или  психического
здоровья).  Но  если они  начинают предъявлять претензии вида "не смейте
рисовать карикатуры на наших богов", или "нам не нравится, как одеваются
ваши женщины",  или  "наши обычаи не  позволяют нам фотографироваться на
паспорт так,  как  предписывают ваши законы",  или  "мы  плохо знаем ваш
язык,  из-за  этого нас не  берут на  работу -  кормите нас бесплатно" -
ответ на это должен быть один:  чемодан -  вокзал - историческая родина.
Кстати,  процедура не только депортации,  но и эмиграции по собственному
желанию (в  том  числе  и  для  русских) должна быть  предельно простой;
свободный выезд  для  всех  недовольных часто куда  более конструктивен,
нежели компромиссы,  ущемляющие интересы обеих сторон. Однако это никоим
образом не означает, что представители других народов (а также, конечно,
сами  русские) не  вправе  критиковать русских  чиновников и  политиков,
включая главу государства.  Есть большая разница между позициями "нам не
нравится ваша страна" и  "нам не  нравится ваш нынешний президент".  Еще
Салтыков-Щедрин призывал не путать начальство с отечеством;  то же верно
и для "второй родины" или просто страны проживания.

     Все  это,   безусловно,   не  означает,  что  какие-нибудь  русские
погромщики вправе нападать на иностранцев под девизом "это не мы к  вам,
а  вы к нам должны приспосабливаться!" Уголовный кодекс должен быть един
для всех -  русских и нерусских, граждан и неграждан. И любое насилие по
национальному признаку, от кого бы и в какую бы сторону оно ни исходило,
должно строго караться. В хорошем доме гости уважают хозяев, а хозяева -
гостей (уж коли они их к себе пустили; а тех, кого не уважаешь, попросту
не надо пускать).

     Таким  образом,  разумная  реализация принципа "Россия  (Русь)  для
русских" через строительство мононационального государства путем мирного
отделения от  Руси нерусских территорий -  вполне возможна и  не требует
фашистской  диктатуры,   а,  напротив,  вполне  совместима  со  здоровым
либерализмом, свойственным еще доордынской Руси (не путать с извращенным
"политкорректным" либерализмом,  возникшим во  второй половине ХХ века).
Более  того,  она  представляется продуктивной  и  не  противоречит идее
русских как европейского народа;  возводимые при этом барьеры направлены
не  на  самоизоляцию,  не  против  европейской цивилизации,  а  как  раз
наоборот -  против  ее  врагов.  Однако воплощение этой  идеи  потребует
преодоления не  только ультралиберальных предрассудков,  и  без  того не
особо популярных,  но и укоренившихся,  к сожалению,  куда более глубоко
имперско-азиатских комплексов.

ноябрь 2006