Юрий Нестеренко

			О русской национальной идее


     Читателя,  знакомого с моими взглядами, вероятнее всего, удивит мое
обращение к  данной теме -  либо же  он решит,  что эта статья посвящена
критике различных вариантов,  выдвигаемых на  роль  русской национальной
идеи,  и  самой этой концепции как таковой.  Действительно,  от  автора,
неоднократно  позиционировавшего себя  как  убежденного  космополита  и,
более того, русофоба, трудно ожидать чего-то иного. Тем не менее, данная
статья  является  не  негативной,   а   позитивной:   она  действительно
предлагает конструктивный вариант русской национальной идеи,  ни в  коей
мере не будучи при этом пародийной или провокационной. При всем при этом
я  не  отрекаюсь от своих прежних убеждений и  не намерен прятать их под
псевдонимом.  Данная статья адресована людям самых разных взглядов; всех
их  прошу дочитать текст до  конца,  даже  если  какие-то  промежуточные
тезисы и вызовут резкое несогласие, и спокойно обдумать прочитанное.

     Прежде всего, разберемся с космополитизмом и русофобией. Я считал и
считаю,  что для разумного существа наиболее разумно и правильно мыслить
не  узкоместечковыми категориями (независимо от  размеров  местечка),  а
категориями цивилизации в целом; что ни место рождения, ни кровь, какими
бы  они ни были,  не могут быть поводом для гордости или автоматического
принятия (либо непринятия) конкретной системы ценностей и  сами по  себе
не  накладывают никаких обязательств;  что  всякого следует оценивать по
его личным заслугам,  а  не по национальной принадлежности;  что высокий
уровень жизни  важнее любых пафосных лозунгов и  ритуалов со  знаменами,
которые сами по  себе вообще не представляют ценности.  Такова идеология
космополитизма. Однако она наилучшим образом подходит миру, где единая и
успешная цивилизация уже  построена.  В  мире же,  где  нации не  просто
существуют,  но находятся в весьма непростых отношениях друг с другом и,
что еще хуже, на разных уровнях развития (что, в свою очередь, делает их
одновременное  объединение  в   общую  цивилизацию  и   невозможным,   и
нецелесообразным) -  приходится считаться  именно  с  этой  реальностью.
Уличные драки -  крайне глупая и вредная вещь,  разумный человек никогда
не назовет их достойным занятием и  не станет делить людей в зависимости
от  того,  на какой улице они живут;  однако,  если хулиганы с  соседней
улицы регулярно нападают на жителей нашей,  будет логично,  если мы,  на
своей улице,  объединимся для собственной защиты.  При этом, однако, нас
будут подстерегать две опасности.  Первая - что мы не захотим заниматься
неприятным,  неумным и несвойственным нам делом (бить морды хулиганам) и
снова разбредемся поодиночке,  превратившись в беззащитных жертв. Вторая
- что мы,  напротив,  войдем во  вкус,  и  наше добровольное объединение
превратится в  банду,  которая  сама  станет  терроризировать окружающие
улицы,  да и свою собственную тоже.  Посему будет неплохо, если у нашего
объединения  будет  некоторая  общая  идеология,  хранящая  нас  как  от
первого,  так и от второго варианта. И эта идеология должна строиться не
на  пафосных  лозунгах  величия  нашей  улицы,  не  на  возведении места
проживания в  ранг самостоятельной ценности,  а  на  простых и  разумных
принципах защиты нашей спокойной жизни.

     Таким образом,  космополитизм устремлен в  будущее,  но в настоящем
национальные идеи могут быть вполне уместны и полезны - при условии, что
носят конструктивный характер.

     Теперь  что   касается  русофобии.   Она,   как  и   всякая  другая
"нациофобия",  бывает двух видов.  Первый, который, собственно, только и
следует называть фобией -  "зоологическая", или, вернее, патологическая,
иррациональная ненависть.  Ненависть по принципу "ты виноват уж тем, что
хочется мне кушать" -  или скорее даже "ты виноват уж  тем,  что я  тебя
ненавижу".   Люди,   страдающие  подобной  фобией,   могут  выдвигать  в
оправдание ей различные причины -  "все русские - ленивые пьяницы", "все
евреи -  жадные и подлые", "все американцы - тупые и наглые" и т.п. - но
на  самом деле  все  это  рационализация,  призванная скрыть собственные
комплексы,   страхи  и  патологии  ненавистника.   Разумеется,   никакой
конструктивный диалог с  таким человеком невозможен,  и нелюбимая нация,
что бы она ни делала, всегда останется в его глазах исчадием зла.

     Совсем иное  дело  -  когда негативное отношение к  некоторой нации
обусловлено  вполне  рациональными  причинами,  а  именно  недостатками,
реально присущими значительной части этой  нации (хотя,  безусловно,  не
всей нации поголовно -  такого просто не бывает,  и  "фобы" второго типа
всегда это признают).  Собственно,  таких людей и  "фобами"-то  называть
неправильно,   поскольку   такое   отношение  не   является   фобией   в
медицинско-психологическом смысле.  Если  некий человек ненавидит своего
соседа за то,  что тот больше зарабатывает,  или имеет рыжие волосы, или
просто  "ибо  потомучто" -  такой  человек  нуждается в  психиатрической
помощи.  Но  если  причина  ненависти в  том,  что  сосед  -  тунеядец и
забулдыга,  регулярно устраивающий пьяные скандалы в  два часа ночи,  то
такое чувство вполне адекватно и никакая не фобия. Очевидно и то, что во
втором случае,  если сосед изменит свое поведение к лучшему, улучшится и
отношение к нему.  Немаловажно и то, что в этом случае человек, который,
несмотря ни на что,  любит пьяницу-соседа (скажем, его несчастная жена),
но,  безусловно,  желал бы избавить любимого от его ужасных недостатков,
имеет с ненавистником общие интересы.

     Таким  образом,  в  случае фобии  второго типа,  которую правильней
назвать не фобией, а рационально негативным отношением (РНО), примирение
между   "нациофобами"  и   "нациопатриотами"  оказывается   теоретически
возможным  -   если   нация  изменится  таким  образом,   что   факторы,
раздражающие  "фобов",   исчезнут.  Патриотов,  разумеется,  такая  идея
глубоко возмутит:  они  не  собираются плясать под  дудку "фобов",  коих
считают своими врагами. Тут, однако, весь вопрос в том, действительно ли
то,  что раздражает "фобов",  самой нации полезно -  или же дело обстоит
как  раз  наоборот.  Бывает по-разному.  Если  сами "фобы" принадлежат к
другой нации  и  другой стране,  они  могут вполне рационально (с  точки
зрения собственных интересов) желать данной нации  всяческих бед  вплоть
до   полного  уничтожения  (скажем,   многие   армяне  вздохнули  бы   с
облегчением,  исчезни с  лица земли азербайджанцы или даже ныне вроде бы
мирные,  но до сих пор не покаявшиеся за геноцид турки -  и  те,  другие
сделали  немало  вполне  реального  зла  армянскому  народу).  Но  самОй
ненавидимой нации от этого рационализма, разумеется, не легче, и никакой
компромисс таких "фобов" с  ее патриотами невозможен.  Иное дело,  когда
РНО направлено на свой собственный народ и страну;  обычно такие "фобы",
будучи  заинтересованными в  личном  благе,  заинтересованы  и  в  благе
общества,  в  котором живут (возможен,  конечно,  экстремальный вариант,
когда личное благо строится на кризисе,  хаосе и  нищете окружающих,  но
все же быть благополучным гражданином процветающего общества куда проще,
удобнее и  безопаснее,  чем  ловить  рыбку  в  мутной воде  национальной
катастрофы).  И  при  прочих равных самый завзятый "фоб" (напоминаю,  мы
рассматриваем только "фобов" второго вида, рациональных) предпочтет жить
на родине,  ибо преимущества, даваемые родным языком, знакомой с детства
культурой и  т.п.,  очевидны -  то  есть на самом деле такой "фоб" прямо
заинтересован в процветании своей страны.  Таким образом,  с патриотом у
него  общие  цели!  Разница лишь  в  оценке недостатков данного общества
(страны,  нации),  которые  "фобы"  считают  чрезмерными,  а  патриоты -
незначительными,  либо не недостатками вовсе.  Вопрос о том,  кто из них
прав, опять же в разных случаях имеет разные ответы.

     Обратимся же теперь к  конкретике -  к  национальной идее,  которая
могла   бы   примирить  русских   патриотов  и   рациональных  русофобов
(ликвидировав основания  для  "фобии"  последних).  Или,  если  изменить
терминологию  и   несколько  сместить   границу   между   множествами  -
славянофилов и западников.

     Интересно,  что в  наибольшей степени открыты для такого примирения
именно  западники,  и  здесь,  опять-таки,  нет  никакого  предательства
собственных принципов:  ведь в самих странах Запада понятие "патриотизм"
вовсе  не  является ругательным и  обычно  не  противопоставляется таким
ценностям,  как  личная  свобода  и  достоинство  или,  скажем,  свобода
частного  предпринимательства.  Неразумно уважать  страну  лишь  на  том
основании,  что тебе выпало в  ней родиться -  но  страна,  обеспечившая
своим гражданам процветание,  достойна их уважения по праву. Отчего же в
России дела должны обстоять иначе?

     "Ага,  - скажут бдительные славянофилы, - так мы и знали. Под видом
национальной идеи русофобы предлагают нам отречься от  русской культуры,
истории и  традиций и  переделывать Россию во вторую Америку!" Ничуть не
бывало.     Во-первых,    современная    Америка,    с    ее    маразмом
"политкорректности",  с  низким уровнем типового образования и высоким -
преступности   (в    особенности    порождаемой    неграми    и    иными
нацменьшинствами,    что,    в   силу   "политкорректности",    всячески
затушевывается),  с отмененной,  несмотря на предыдущий пункт, во многих
штатах смертной казнью, с грубым вмешательством идеологии (причем далеко
не  самой  умной  идеологии) в  науку (от  исключения гомосексуализма из
списка  патологий  до   мракобесных  законов  против  клонирования),   с
ожирением,  от которого страдает половина населения,  с многомиллионными
исками по ничтожным поводам, с огромными гонорарами людям, не приносящим
цивилизации  никакой  реальной  пользы,  а  то  и  приносящим  вред  (от
профессиональных спортсменов и  поп-певцов до  все  тех же  адвокатов) и
т.д.  и т.п. - далеко не самый лучший образец для подражания. Во-вторых,
речь идет не  о  том,  чтобы переделывать Россию на чуждый манер (хотя в
том, чтобы перенимать чужие достижения, нет ничего зазорного), а как раз
о возвращении к самым что ни на есть русским истокам.

     Русь  конца  первого -  начала  второго тысячелетий была  одной  из
наиболее процветающих стран Европы.  Не варварская окраина, не прослойка
между европейской цивилизацией и  азиатской степью -  а  как раз одна из
ведущих составляющих этой цивилизации.  Скандинавы,  бывшие в ту пору не
"носителями  западной  культуры",   а  заурядными  пиратами,  грабившими
побережья,  именовали Русь Гардарикой - "страной городов", что говорит о
весьма  высоком  на  общеевропейском фоне  уровне  урбанизации (если  не
считать бывших  романских поселений,  города  в  Западной Европе  вообще
начали появляться лишь в  XI  веке).  И  города эти  славились и  своими
ремеслами,  и  своими торговыми людьми,  и своими воинами.  Русь ссужала
западноевропейских государей деньгами,  и  русские  наемники (тогда  это
понятие не  носило  негативного оттенка) высоко котировались в  западных
армиях.  Русь отличалась и высоким уровнем образования -  так, население
Новгорода  и  Пскова  было  грамотно  почти  поголовно,   чем  не  могли
похвастаться тогдашние столицы Западной Европы.

     Причем все  это достигалось без всякой тирании!  В  эпоху,  когда в
Британии и  Франции бушевали восстания крепостных,  Русь вообще не знала
крепостного  права.  Единственной по-настоящему  несвободной  (и  притом
немногочисленной) категорией населения были ясыри -  военнопленные, да и
тех  нередко отпускали после нескольких лет работы. На  Руси не  было ни
стремящихся к абсолютизму королей, ни всевластных феодалов, устраивавших
охоты на  собственных холопов,  как на диких зверей.  Прямая демократия,
при  помощи  которой  управлялись Новгородская и  Псковская  республики,
хорошо  известны;  однако  и  русские княжества не  чета  были  западным
графствам и  герцогствам.  Князь был не самовластным правителем,  а,  по
сути,  военным вождем  и  не  более  чем;  естественно,  это  давало ему
определенные права и привилегии,  однако,  если он переставал устраивать
жителей,  его попросту прогоняли. В этом плане русские князья были ближе
всего к  скандинавским конунгам (собственно,  и  слова эти происходят от
одного корня),  но при этом богатство Руси создавалось в  первую очередь
трудом,  а  не  пиратскими набегами (хотя,  конечно,  повторять школьные
мифы,  будто русские всегда только защищались и  ни  на кого не нападали
первыми,  тоже было бы  неверным -  достаточно вспомнить уже пресловутые
походы на  Царьград,  да  и  более  поздний неудачный поход Игоря против
половцев был чистой воды завоевательным).  Таким образом,  с  поправкой,
разумеется, на реалии не слишком цивилизованной эпохи, можно утверждать,
что Русь была одной из самых свободных и  демократичных стран тогдашнего
мира и,  более того,  стояла у  истоков классической европейской системы
ценностей, включающей уважение к свободе, личному достоинству и честному
труду.

     Здесь, конечно, можно возразить, что платой за свободу и отсутствие
жесткой вертикали власти  была  феодальная раздробленность и  постоянные
усобицы между князьями.  Однако если мы посмотрим на Западную Европу той
поры,  то увидим,  что и там дело обстояло немногим лучше.  Нападения на
соседей с  целью грабежа и  захвата заложников для  выкупа были  любимым
развлечением  "благородных"  европейских   рыцарей.   Графы   и   бароны
враждовали и  друг  с  другом,  и  с  королем,  и  с  вольными городами.
Неспособность объединиться  перед  лицом  монгольской  угрозы  оказалась
катастрофической для русских,  но кто знает, как бы развивались события,
если бы  войска Бату-хана дошли,  к  примеру,  до  Франции,  а  не  были
остановлены чехами, венграми и поляками.

     Но до Франции монголы (точнее, возглавляемые ими азиатские племена)
не  дошли,  а  до  Руси  дошли.  И  это  стало  одной из  главных причин
исторической катастрофы,  своротившей Русь с  ее исходного пути -  пути,
который  мог  и  должен  был  сделать  ее  лидером  великой  европейской
цивилизации.  Дело  было  не  в  "трехсотлетнем иге,  из-за  которого мы
отстали от  Европы",  как  учили в  советских школах.  Даже  если  брать
формальную дату окончания ига -  "стояние на  Угре",  1480 год -  то это
только 250  лет,  из  которых реальным игом были только первые полсотни;
далее следует говорить скорее о вассальной зависимости.  Испания провела
под  маврами  гораздо дольше,  что  не  помешало ей  впоследствии занять
лидирующие позиции в  Европе (и лишь разгулявшийся инквизиторский террор
подорвал  изнутри  испанское  могущество,  вынудив  ее  уступить  пальму
первенства более свободной Британии).  Дело  было  в  том,  что  Русь не
просто  отстала  в   своем  поступательном  движении,   а   свернула  на
принципиально другой, пагубный и тупиковый путь. Изнасилование оказалось
не столь страшным, как дальнейшее практически полюбовное сожительство, в
ходе  которого жертва  все  больше заимствовала черты  насильника -  как
казалось ей  поначалу,  лишь для  того,  чтобы дать ему отпор.  Но  даже
окончательный "развод" в  XV  веке не  принес освобождения.  Освобождать
было  уже  некого:  свободная и  гордая Европейская Русь  превратилась в
Московскую  Орду,  чуждую  Европе  тоталитарную  азиатскую  империю  "со
сложной иерархией холопов и  рабов",  с "выбором -  нижайше расстилаться
или высочайше попирать" (а на самом деле, и выбора-то не было, одни и те
же люди попирали нижестоящих и расстилались перед вышестоящими: князья и
бояре были для царя точно такими же  холопами,  как и  смерды -  для них
самих,  и  даже обращались к  нему теми же  словами:  "холоп твой Ивашка
челом бьет" -  утрата собственного достоинства, немыслимая не только для
князей,  но даже для простых русичей за несколько столетий до этого!) Ну
а где империя -  там и фашистский принцип "личность - ничто, государство
- все", и страх низов перед тиранией верхов и верхов перед бунтом низов,
и  вытекающее из  этого страха торжество лжи  и  лицемерия в  отношениях
между  разными уровнями социальной иерархии и  даже  между людьми одного
класса,  и отсутствие легитимных и эффективных механизмов обратной связи
и контроля (не только народа над властью,  но даже и власти над народом,
живущим с вечной фигой в кармане),  и отрицательная селекция,  выводящая
наверх не наиболее талантливых, а наиболее раболепных, и агрессия вовне,
направленная  на   захват   чужих   территорий,   каковые  лишь   делают
государственного монстра все более тяжелым, громоздким и неповоротливым,
загоняя ситуацию во все более глухой тупик...

     Важно еще  раз  подчеркнуть,  что  все эти,  с  позволения сказать,
ценности, какими бы пафосными лозунгами о величии державы и бескрайности
просторов они ни прикрывались,  не являются исконно русскими, а навязаны
России   противоестественным  путем,   насилием   азиатских  варваров  и
подлостью собственных национал-предателей,  московских князей типа Ивана
Калиты,  которые  ради  возвышения  собственного,  ничтожного  поначалу,
княжества  не  погнушались сделаться  карателями на  службе  Орды,  дабы
унитожить   своих   свободолюбивых  конкурентов,   князей   тверских   и
владимирских. В итоге подлинная, свободная, европейская Русь сохранилась
лишь там,  куда не дотянулась ни Орда,  ни загребущие лапы ее московских
прихвостней - на севере, в Новгороде и Пскове.

     Любопытно опять-таки  провести параллель с  Испанией.  Там  тоже  в
период азиатской оккупации уцелела область на севере - Астурия. И именно
оттуда  в  итоге  началась  Реконкиста,  освобождение  страны.  Испанцам
повезло - у них не нашлось своего Александра Невского, пошедшего на союз
с    азиатскими   захватчиками   (если   говорить   об    Испании,    то
афро-азиатскими).   Кстати  говоря,   вошедшая  в   российские  учебники
пропагандистская версия о  некой  агрессии Запада,  якобы  остановленной
Александром (ради чего,  мол,  и  пришлось идти  на  союз с  Ордой),  не
выдерживает никакой критики. Никакого "крестового похода против Руси" не
было и не могло быть.  Были пограничные стычки между агрессорами с обеих
сторон,  совершавшими походы  против балтийских народов (в  то  время  -
язычников)  и  периодически сталкивавшихся лбами  в  процессе.  Так  что
мотивы  князя,  спустя несколько столетий (а  отнюдь не  во  времена его
деяний) поднятого на  щит  в  качестве "святого защитника земли Русской"
пропагандой  потомков  московских  коллаборационистов,  были  ничуть  не
благороднее,  чем у  них самих -  а  именно,  жажда власти любой ценой и
возможность грабить. Сделанный Александром в результате выбор имел самые
роковые последствия. Новгород и Псков фактически устранились от борьбы с
главными врагами Руси,  и  в итоге пожали плоды этого:  последний остров
русской  свободы  был   захвачен  прямым  наследником  Золотой  Орды   -
Московским  царством.  Последствия были  ужасны,  от  чудовищной  бойни,
учиненной Иоанном Грозным, Новгород так уже никогда и не оправился. Да и
сам   Александр  Невский  поплатился  за   свой  роковой  выбор  жизнью,
отравленный своими ордынскими союзничками. Но народу, обреченному веками
жить в азиатской деспотии, от этого не легче.

     В Испании же вышло иначе, и во главе борьбы с оккупантами встали не
вчерашние коллаборационисты, а те, кто сохранил свободу, независимость и
верность   европейским  ценностям.   Последние   тогда   отличались   от
сегодняшних,  и  толерантность по  отношению к  врагу  в  них  точно  не
входила.  Если московские великие князья и после получения независимости
охотно приглашали на русскую службу "татар" (строго говоря,  термин этот
неправильный,  в  действительности татары  -  другой народ,  практически
истребленный монголами еще  до  вторжения на  Русь)  и  даже  давали  им
княжеские титулы - "ну как не порадеть родному человечку?" - то испанцы,
когда им удалось, наконец, освободить всю свою территорию, вымели арабов
из  страны железной рукой.  Не  обошлось,  конечно,  без перегибов,  под
горячую руку, как водится, угодили евреи, которые были вообще ни при чем
- но,  тем не менее,  Испания была решительно очищена от азиатчины,  что
позволило ей  в  кратчайшие сроки стать великой европейской державой.  И
все же  столетия афро-азиатской оккупации не  прошли бесследно:  Испания
стала   менее  свободной  страной,   чем   могла  бы,   что   привело  к
вышеупомянутому разгулу инквизиции и, в итоге, упадку державы.

     Россия же вовсе выпала из семьи европейских стран.  Нельзя сказать,
чтобы для Европы это стало трагедией - просто страны, которые, возможно,
при  иных  обстоятельствах остались бы  на  вторых ролях,  получили шанс
выбиться  на  первые.  Надо  сказать,  свой  шанс  они  использовали,  и
использовали в  целом  достойно:  великая  европейская  цивилизация была
создана и  встала во  главе мира.  Учитывая,  что  ни  численностью,  ни
территорией,  ни природными условиями европейцы не превосходили азиатов,
это была именно что достойная,  чистая победа -  умением,  а  не числом.
Азиаты же  тем временем раз за разом демонстрировали несостоятельность и
тупиковость своего пути. У них были впечатляющие культуры, в том числе и
намного более древние, чем европейские - но показательно, что ни одна из
них,  от  китайцев до  арабов,  не смогла подняться выше более или менее
продвинутого  средневекового  уровня.   После  достижения  этого  уровня
наступал либо спад, либо многовековой застой. Те достижения цивилизации,
которые все же просачивались в  это застойное болото,  были европейскими
достижениями, и лишь благодаря им азиатские страны хоть как-то двигались
вперед -  как правило,  впрочем,  лишь в  технической области,  но  не в
социальной.

     Означает ли  это,  что азиаты в  принципе не способны к  прогрессу?
Смотря что  понимать под  азиатами.  Если исключительно географическую и
генетическую принадлежность,  то,  очевидно,  нет: примеры Японии, Южной
Кореи,  да даже и  Сингапура демонстрируют это весьма наглядно.  Но если
трактовать термин  в  культурном и  ментальном смысле,  то  ответ  будет
другим.  Вышеупомянутые страны,  эффективно и  динамично развивающиеся и
составляющие уже  серьезную  конкуренцию  странам  традиционного Запада,
стали  таковыми лишь  потому,  что  сумели  (порою  дорогой  ценой,  как
пережившая  атомные  бомбардировки  и   американскую  оккупацию  Япония)
европеизироваться и по сути перестали быть азиатами.  Разумеется, это не
означает,  что  они  полностью порвали с  наследием предков,  культурное
своеобразие сохраняется и  поныне,  и  все же у современного японца куда
больше  общего  с  европейским  (или  американским) коллегой,  нежели  с
собственным предком из времен по-своему красивой,  но по сути бесплодной
самурайской культуры.

     К  сожалению,  в  то  время как  наиболее передовые страны Азии  во
многом встали на европейский путь и  добились на нем немалых успехов,  в
передовых странах  европейской цивилизации происходит самая  прискорбная
деградация.  Некогда могучие,  гордые и решительные нации пожирают сразу
три   смертельных  болезни:   маразм  политкорректности,   иммунодефицит
толерантности   и    раковые    опухоли   бесконтрольно   размножающихся
афро-азиатских мигрантов.  (Важно  подчеркнуть,  что  главное  зло  этих
мигрантов вовсе не в  их неевропейских генах -  едва ли Европе и Америке
пошла бы  во вред,  скажем,  массовая иммиграция высококвалифицированных
инженеров из  Японии -  а  то,  что абсолютное большинство пришельцев из
третьего мира составляют самые низкоразвитые массы,  не  имеющие ни ума,
ни образования,  ни уважения к  европейской культуре;  массы,  в  лучшем
случае ищущие легкой жизни на "халяву",  а  в худшем -  прямо враждебные
европейской цивилизации и  активно разрушающие ее  всеми  способами,  от
криминала  до   исламского  фанатизма.)   Традиционный  Запад   гниет  и
разлагается изнутри;  на  смену воле пришли апатия и  страх перед любыми
решительными   действиями,    бесконечные   и   бесплодные   упрашивания
всевозможных отморозков там,  где нужно нанести быстрый и сокрушительный
удар;  на  смену твердости и  рациональному мышлению -  отказ от  всяких
принципов, кроме возводимого в фетиш принципа "терпимости", замена ясных
и  разумных истин отказом от  понятия истины как  таковой и  требованием
уважать любые позиции и стили жизни, сколь бы дикими во всех смыслах они
ни  были;  на  смену  собственного достоинства -  угодническое лебезение
перед  всякой  мразью,  боязнь  хоть  как-то  обидеть оную  и  агрессия,
направленная не против врагов,  а  против своих,  осмеливающихся назвать
врагов  -   врагами;   на   смену   свободе  -   жесткая  идеологическая
"политкорректная"   цензура,    обусловленная   предыдущими   факторами,
вероятно,  самая  идиотская цензура в  истории,  ибо  она  направлена на
защиту не своих,  а врагов.  Естественно, что на этом фоне пышным цветом
цветут   разврат,   извращения,   наркомания,   антинаучное  мракобесие,
вырожденческое псевдоискусство (уже почти задушившее искусство настоящее
- так,   в   Западной   Европе   уже   практически  не   осталось  школы
реалистической живописи) и т.д и т.п.

     В общем,  всего этого вполне достаточно, чтобы погубить европейскую
цивилизацию даже без помощи внешнего врага.  Меж тем такой враг есть, он
силен  и  становится все  сильнее и  фактически уже  ведет  войну против
Запада. Точнее говоря, таких врагов целых два, просто второй из них пока
копит силы,  не  переходя к  активной агрессии -  но потенциально он еще
сильнее и  опаснее первого.  Оба  врага,  что неудивительно,  азиатского
происхождения.  Первый,  тот,  что уже ведет войну - это ислам, в первую
очередь - арабский, но не следует особо обольщаться и по поводу вроде бы
более мирных исламских народов.  Даже в Турции,  едва ли не единственной
демократической стране с  преобладающим мусульманским населением,  члене
НАТО  и  без  пяти  минут члене Евросоюза,  недавняя история с  датскими
карикатурами приоткрыла истинное лицо ислама.  Иначе,  собственно,  и не
может  быть;   конкретный  мусльманин  может  быть  милейшим  человеком,
терпимым к  другим религиям и  атеизму,  не  желающим никакого джихада и
т.п.  -  но  это означает только то,  что он  -  плохой мусульманин,  не
исполняющий заповедей своей  религии.  Ибо  эта  религия  делит  мир  на
"дар-аль-ислам" -  территорию ислама и "дар-аль-харб" - территорию войны
(каковая,  естественно,  должна  продолжаться до  полного обращения либо
уничтожения всех  неверных).  И  никакой  терпимости к  многобожникам (в
число  коих,   благодаря  догмату  Троицы,  включаются  и  христиане)  и
безбожникам не предполагает.  Да и,  кстати,  если поговорить по душам с
этим милейшим мусульманином о  его отношении к  США и  Израилю -  скорее
всего,  услышите много интересного.  И  повторять политкорректный миф  о
том,  что врагом Запада является не ислам,  а терроризм -  это все равно
что говорить,  будто врагом демократических стран во  Второй мировой был
не нацизм,  а  танк "Тигр".  Терроризм -  не более чем средство,  оружие
ислама в  его  войне против европейской цивилизации.  Показательно,  что
международный   терроризм   -   исключительно  исламский;   все   прочие
террористические группировки, такие как ирландская ИРА или баскская ЭТА,
носят узкоместечковый характер,  не  лезут на  мировую арену и  не имеют
широкой поддержки даже  среди  своих собственных народов и  единоверцев.
Для  мусульман  же   удачный  теракт  против  "неверных"  -   повод  для
многотысячных праздничных демонстраций.

     Вторым большим врагом,  также воплотившем в себе азиатские традиции
несвободы и  жестокости,  является  коммунистический Китай  (не  следует
также  забывать  и  о  рвущейся к  созданию собственного ядерного оружия
Северной Корее).  Несмотря на то, что коммунистическая идея зародилась в
Европе,   по  сути  своей  это  типично  азиатская  идея,   идея  жестко
организованного муравейника,  в  котором  личность  полностью  подчинена
коллективу.  Именно  поэтому  коммунизм потерпел  сокрушительный крах  в
Европе  (и  в  конечном счете  в  России,  когда  европейское начало там
наконец взяло верх над азиатским),  а  наибольших успехов добился в Азии
(единственный все  еще существующий неазиатский коммунистический режим -
кубинский,  но  есть  сильное подозрение,  что  там  следует говорить не
столько об идеологии,  сколько об идеологическом камуфляже, прикрывающем
типичную для  Латинской Америки личную диктатуру конкретного узурпатора,
которая едва ли устоит после его смерти;  известно,  что в  объятия СССР
Кастро  толкнула не  пламенная приверженность марксизму,  каковая  стала
декларироваться уже  потом,  а  прохладное отношение  к  совершенному им
перевороту  со  стороны  США).  Поскольку  тоталитарная,  построенная на
пренебрежении к  личности  (в  противовес  европейскому  индивидуализму)
коммунистическая идеология идеально подходит для азиатского менталитета,
не  приходится надеяться,  что  азиатский  коммунизм рухнет  изнутри  по
причинам  политическим.   Можно  было  бы   возлагать  надежды  лишь  на
экономическую несостоятельность коммунистической доктрины - но китайские
вожди оказались умнее своих ортодоксальных сообщников в других странах и
постепенно  перестраивают  экономику  на   западный   манер.   Китайский
коммунизм -  это  уже,  по  сути,  национал-социализм,  строй куда более
устойчивый и оттого куда более опасный.  И тот факт,  что этот режим,  с
одной стороны,  накапливающий все больше сил,  а с другой - испытывающий
постоянно нарастающее демографическое давление изнутри и  нарастающую же
потребность в  ресурсах,  не захочет вечно оставаться в  своих границах,
очевиден для всякого,  смотрящего чуть дальше собственного носа. Первым,
по всей видимости, будет захвачен Тайвань, как "исконная и неотъемлемая"
китайская территория;  если Запад, убоявшись китайского ядерного оружия,
это проглотит,  разыграв второй дубль Мюнхенского сговора,  то  наиболее
вероятным  следующим  направлением  китайской  агрессии  станут  Дальний
восток и Сибирь,  опять же,  при попустительстве Европы и Америки. Если,
конечно,  на  тот момент граница между Азией и  европейской цивилизацией
будет пролегать по Бугу, а не по Амуру.

     И  тут мы возвращаемся к основному вопросу статьи:  в чем же должна
состоять русская национальная идея? Ответ очень прост: в том, что Россия
- это  европейская страна,  бывшая таковой от  самых своих истоков и,  в
свою  очередь,  стоявшая  у  истоков  великой  постантичной  европейской
цивилизации - единственной цивилизации, представляющей собой нетупиковый
путь  развития  разумной жизни  на  Земле.  Россия  -  это  стопроцентно
европейская  страна,   никакой   не   "мост"   и   уж   тем   более   не
предохранительная заслонка между  Европой и  Азией.  Едва  ли  не  самой
вредной,   разрушительной  идеологией  для   России  является  идеология
"евразийства",  потворства и  пособничества азиатчине в  каких бы  то ни
было формах.  На  вопрос "неужели Азия не  дала России ничего хорошего?"
следует прямо  и  четко  отвечать:  да,  ничего.  Только плохое.  (Речь,
разумеется, не о полезных ископаемых и прочих материальных ресурсах, а о
том воздействии,  которое оказала Азия на русский менталитет.)  У России
нет и не может быть никакого "третьего пути". Ее путь - это первый путь,
путь Европы. Путь, с которого ее насильно столкнули азиатские варвары. И
теперь,  когда сменившие нас в  авангарде цивилизации европейские народы
переживают  тяжелый  кризис  -  самое  время  на  этот  путь  вернуться.
Вернуться  не  бедными  родственниками,   которые  топчутся  на  пороге,
смиренно  выслушивая поучения  "политкорректных" маразматиков из  Совета
Европы,   не  "анфан  териблями"  с  задержкой  в  развитии,  которым  с
брезгливой опаской пододвигают табуретку в дальнем углу общего стола - а
вернуться  лидерами,   поднимающими  знамя,   выпадающее  из  дряхлеющих
западноевропейских рук.  Вернуться,  чтобы возглавить и  спасти западную
цивилизацию, а значит, и цивилизацию как таковую.

     Естественно,  принятие такой  идеи  и  такой  программы требует,  в
первую очередь,  наведения порядка у  себя дома.  Жесткой и  решительной
чистки от вековых азиатских напластований,  разрушения бредовых по своей
сути,  но  кажущихся многим ныне  естественными стереотипов.  Необходимо
выдавить из себя азиата, перестать оправдывать лень, бедность и неумение
брать  на  себя  личную  ответственность разговорами  о  "духовности"  и
"соборности",  вернуться к  традиционным для  русских  как  европейского
народа ценностям,  каковые суть свобода,  подкрепленная ответственностью
(в противовес как азиатскому холуйству, так и бездумной вседозволенности
современных западных либералов),  собственное достоинство перед лицом не
только  врагов,   но  и  своих,  здоровый  индивидуализм  (в  противовес
азиатскому  стадному  коллективизму),  честный  труд,  снискавший  славу
русским  ремесленникам,  рациональный  прагматизм,  стяжавший  богатство
русским купцам,  отношение к  властям не как к  божьему дару и  не как к
дьявольскому порождению,  а  как к  наемным работникам,  которых можно и
нужно   попросту  гнать,   если   они   дурно   справляются  со   своими
обязанностями.   Безусловно,   русская  национальная  идея   не   должна
толерантно  относиться  к  пьянству.  Тем,  кто  самозабвенно  повторяет
полулегендарную фразу князя Владимира "веселье русское есть пити,  и без
него не может быти",  следовало бы знать, что речь шла о пиве и медовухе
крепостью всего в несколько градусов;  крепкие напитки появились и стали
активно насаждаться на Руси гораздо позже, при одном из худших в истории
тиранов  -  Иоанне  Грозном,  наследнике  московских  князей-предателей,
сделавшем все  для искоренения истинно русской вольности и  установления
на всей территории страны азиатского рабства в его худшем виде.

     Также  необходимо  покончить  с  нелепой  и  позорнейшей практикой,
согласно которой отношение России к  Европе и  Америке,  несмотря на все
декларации о  партнерстве,  остается недоверчиво-враждебным (отношение к
НАТО  в  этом  плане особенно показательно),  зато  нет  такого мирового
ублюдка,  такого  параноидального диктаторского и  мракобесного  режима,
который не  числился бы  у  России  в  друзьях.  (Кажется,  единственным
исключением из  последнего правила были талибы.)  Причем такая практика,
такая  позиция омерзительны и  глупы  не  только с  точки  зрения высших
интересов -  они несостоятельны и  в сугубо прагматическом плане.  Можно
еще понять нежелание ссориться раньше времени со  слишком сильным Китаем
- хотя и  оно не  должно доходить до  раболепия и  угодничества,  и  уж,
конечно,  только сумасшедший самоубийца может продавать Китаю оружие. Но
заискивать  перед  Северной  Кореей?!   Перед  Ираном?!  Перед  даже  не
существующей  в   качестве   государства  террористической  Палестиной?!
Экономическая выгода от  сотрудничества с  нищими маргинальными режимами
ничтожна,   часто  она  вообще  со  знаком  "минус".   (Палестину,  этот
передовой, наиболее фанатичный отряд арабо-исламских врагов нашего мира,
вообще   снабжают  деньгами  -   у   меня   просто   нет   слов,   чтобы
охарактеризовать  всю   глубину  беспредельности  этого  идиотизма!)   А
политический ущерб огромен.  Притом,  что  подобные "друзья" российского
заискивания не оценят.  Они его расценивают исключительно как слабость и
при первой же возможности нанесут удар в спину, как у азиатов и водится.

     Упомянув Палестину,  необходимо затронуть и  столь  болезненный для
многих   патриотов   "еврейский  вопрос".   Он,   кстати,   лишний   раз
демонстрирует ущербность чисто генетического редукционизма.  Несмотря на
то,  что  генетически евреи  и  арабы  -  родственные народы (причем оба
относятся к  европеоидной,  т.е.  белой,  расе),  в культурно-ментальном
плане между ними пропасть.  Если арабы - это воплощение Азии, то евреи -
важная и  неотъемлемая часть европейской цивилизации,  давшая миру много
великих умов  и  достижений.  Более того,  в  современном мире евреи,  в
особенности живущие в  Израиле -  это форпост европейской цивилизации на
ее  границе  с  враждебной Азией,  уже  более  полувека отражающий атаки
арабских варваров.  Будучи  одним  из  главных  объектов арабо-исламской
ненависти,  они попросту не имеют другого выхода,  и уже одно это делает
их  нашими вернейшими союзниками.  Поэтому называющий себя европейцем не
может быть  юдофобом.  Всякий юдофоб,  осознает он  это  или  нет,  есть
пособник азиатчины в наихудших ее проявлениях.

     Скептики,   разумеется,   возразят,   что   стремление   возглавить
европейскую цивилизацию -  это,  конечно,  хорошо,  но  кто же  нас туда
пустит? А дело в том, что у Западной Европы попросту не остается другого
выхода,  хотя сама она этого еще не осознала.  Мы наглядно видим, что, в
силу   вышеперечисленных   губительных   тенденций,    страны,    веками
находившиеся  в  авангарде  цивилизации  и  обеспечивавшие прогрессивные
преобразования всего мира,  ныне  не  способны даже защитить самих себя.
Пары  взрывов  в  поездах оказалось достаточно,  чтобы  целая  страна  -
Испания,  та  самая  некогда гордая,  сильная и  несгибаемая Испания,  о
которой  речь  шла  выше  -  позорнейшим  образом  капитулировала  перед
исламскими террористами и вывела войска из Ирака.  (Заметим, что Россию,
при всех ее  нынешних недостатках,  сопоставимые по  числу жертв и  даже
более многочисленные теракты отнюдь не сломили). Беспорядки, развязанные
афро-азиатским сбродом во  Франции,  полыхали несколько недель  на  фоне
фактической беспомощности властей,  а "передовые" французы, вместо того,
чтобы дать погромщикам самый жесткий отпор,  обрушились с критикой на...
единственного человека, пытавшегося действовать адекватно, за то, что он
назвал сброд -  сбродом. Показательно, кстати, что этот человек, министр
внутренних дел Саркози -  не чистокровный француз,  он венгерского, т.е.
восточноевропейского,  происхождения. В Германии жестокая идеологическая
цензура,  направленная на "недопущение рецидивов нацизма",  уже, похоже,
переплюнула нацистскую как по свирепости,  так и, тем паче, по глупости.
Вплоть до того,  что изображать свастику запрещают даже в  произведениях
на тему Второй мировой,  простая ссылка в  интернете на сайт с  текстами
песен   тех   времен   (даже   не   прославляющих   нацизм,   а   просто
военно-патриотических)   грозит   многотысячным   штрафом,    а    любое
"неполиткорректное" высказывание  по  национальному вопросу  -  тюрьмой,
даже  издатели  фантастики избегают  сцен  со  стрельбой из  автоматов и
мотивов из  германского фольклора языческих времен (ибо  "фольклористы в
свое  время  не  дистанцировались от  нацизма") и,  наконец,  германские
законы прямо  запрещают тексты,  утверждающие,  что  солдат может  стать
героем,  завоевать славу и честь! Способна ли такая страна защитить себя
от азиатской агрессии?  Разумеется,  нет.  Она способна лишь выходить на
пацифистские митинги под  лозунгами "кровавые американские убийцы,  руки
прочь от Саддама Хусейна!"

     Разумеется,  прежде,  чем  большинство населения этих стран поймет,
что  своей  бессильной  трусостью  и  предательством  подлинных,   а  не
"политкорректных",   европейских  интересов  они   могут  добиться  лишь
отсрочки,  но  не  спасения,  потребуется время -  но должен же в  конце
концов инстинкт самосохранения возобладать над  противоречащими здравому
смыслу  идеологическими  догмами.  И  тогда,  уже  не  имея  возможности
защититься от  азиатов самостоятельно,  западные народы будут  вынуждены
положиться либо  на  США,  либо  на  Восточную Европу.  Поскольку в  США
действуют те  же разрушительные тенденции,  Америке,  по всей видимости,
будет не  до  них;  из  восточноевропейских же  стран Россия -  наиболее
естественный кандидат на роль общеевропейского лидера. С другой стороны,
России тоже  нужно  время -  дабы  претендовать на  роль  такого лидера,
необходимо развить свой экономический (и военный) потенциал. Возможно ли
это?  Вполне возможно.  Напомню, что после Второй мировой та же Германия
лежала в  руинах.  Россия тоже сильно пострадала от войны,  но все же на
бОльшую часть ее  территории,  включая районы,  куда  была  эвакуирована
промышленность,  не  упала ни  одна  бомба,  не  ступила нога оккупанта.
Германия же  была почти что стерта в  порошок бомбардировками от границы
до границы,  оккупирована и расчленена. Тем не менее, сегодня эта страна
- один из лидеров мировой экономики.  Почему Россия,  находящаяся в куда
лучших стартовых условиях,  со  всеми ее  ресурсами,  не  может добиться
аналогичного результата?

     Вместе с  тем  не  должно быть  никакого злорадства по  отношению к
странам   Западной  Европы,   некогда  вырвавшимся  вперед,   а   теперь
переживающим столь  прискорбные времена.  Они  -  наши  братья,  пусть и
сбившиеся с  пути,  но  заслуживающие сочувствия,  а  не злопыхательств.
Отношения  между  братьями  не  всегда  складывались безоблачно;  в  еще
большей степени это  применимо к  народам Восточной Европы,  которым,  в
свою очередь, есть за что предъявить претензии к России. И эти претензии
следует честно принять.  Составляющими русской национальной идеи  должны
быть гордость и  достоинство,  но  отнюдь не неоправданное высокомерие и
ослиное упрямство.  Извиниться перед теми  же  Польшей и  Прибалтикой за
годы  коммунистической оккупации не  зазорно;  зазорно принимать у  себя
северокорейского  коммунистического  царька,   устраивая   ему,   словно
победителю  в  поверженной стране,  триумфальный проезд  на  бронепоезде
через всю Россию в ущерб интересам тысяч собственных граждан,  чьи рейсы
были отложены или отменены.  Вообще же говоря,  всем европейским странам
следует покаяться друг  перед другом за  взаимные обиды и  закрыть тему,
ибо дуться друг на друга - не в наших общих интересах. Наши враги - не в
Европе  (и  не  в  Америке,   которая  есть  часть  той  же  европейской
цивилизации), а в Азии.

     Тут,  впрочем,  возникает закономерный вопрос.  Что  делать  с  той
Азией,  которая уже  находится внутри России,  с  этнически и  культурно
азиатскими народами,  которые ныне считаются такими же россиянами, как и
собственно русские? Вопрос действительно непростой и тяжелый. Опять-таки
подчеркнем, что главная проблема не в генах: азиат по крови может быть -
или стать -  европейцем по духу (как,  впрочем,  и  наоборот).  И  такую
европеизацию следует всячески поощрять.  Однако утверждать, что, пусть и
со  временем,  европеизироваться смогут  и  захотят  все,  или  хотя  бы
большинство,   российских  азиатов   -   значит   впадать   в   тот   же
политкорректный маразм, что и на нынешнем Западе. Так что будем называть
вещи своими именами,  как бы неприятно они ни звучали:  остальные,  т.е.
азиаты именно что  по  духу -  это  бомба внутри России.  Эта  бомба уже
рванула на  Кавказе (и,  вероятно,  рванет  еще  не  раз  -  собственно,
исламский Кавказ _никогда_ не был мирным),  может рвануть и  в Поволжье.
Лидеры этих народов могут изощряться в показной лояльности,  но не будем
забывать,  что  азиатская этика  противоположна прямой  и  честной этике
европейцев.   Слова   азиатов  редко  соответствуют  своему  буквальному
значению даже при  обращении к  своему,  а  уж  тем  более -  к  чужаку.
Исламская  мораль  не  только  не  осуждает,  но  и  прямо  предписывает
коварство и  вероломство по отношению к "неверным";  уверить "кяфиров" в
своем миролюбии,  а  потом нанести удар в  спину -  это для мусульманина
деяние, которым стоит гордиться.

     Разумеется,  мы,  как цивилизованные европейцы, не можем устраивать
геноцид;  не  можем  даже  депортировать эту  пятую  колонну  (что,  без
сомнения,  является  решением  для  задыхающейся под  наплывом мигрантов
Западной Европы -  но наши азиаты, в отличие от тамошних, живут на своей
исторической  родине;   причем   нередко   эта   родина   некогда   была
насильственно захвачена Россией).  Но с другой стороны, если они захотят
покинуть нас сами -  никоим образом не следует им в этом препятствовать;
напротив,  это  следует поощрять.  Даже если они  захотят уйти вместе со
своей территорией.

     Патриоты,  разумеется, опять возмутятся, что под видом национальной
идеи  и   борьбы  с  азиатской  угрозой  им  предлагают  согласиться  на
разбазаривание русских земель.  Ну,  во-первых, не русских, а азиатских,
азиатами же  по преимуществу и  населенных.  А  во-вторых,  стремление к
необъятным территориям -  это не европейская,  а как раз чисто азиатская
ценностная  установка.   Для  азиатов  она  естественна  и   исторически
обусловлена:  варварам-кочевникам необходимы бескрайние просторы,  иначе
они просто не  смогут прокормить свои стада.  Для культурных же народов,
ведущих  оседлый  образ  жизни,  огромные  территории -  только  помеха.
Растянутые коммуникации осложняют торговый и культурный обмен,  ухудшают
управляемость страной,  требуют огромных затрат на строительство дорог и
т.д.  и т.п.  И можно ли сказать,  что Россия по-настоящему контролирует
свои   азиатские  республики?   Нет.   Их   "президенты"  -   фактически
самовластные князьки,  заключившие с  центральной властью  соглашение по
принципу "мы  вам  -  демонстративную лояльность и  столько  голосов  на
выборах,  сколько  скажете (это  в  азиатских деспотиях никогда не  было
проблемой), а вы не мешаете нам править в свое удовольствие."

     Так  вот  -  никакого торга  "преференции в  обмен  на  лояльность"
позволять не  следует.  Если чужеродные для России вкрапления захотят ее
покинуть  -   тем   лучше.   Возразят:   "Чечне  уже  фактически  давали
независимость -  и  к  чему это привело?  К  нападению на Дагестан!" Вот
именно  что  фактическая  ситуация  не  соответствовала формальной,  что
создало  для  России  крайне  двусмысленную  и   со  всех  точек  зрения
невыгодную  ситуацию.  Вплоть  до  того,  что  в  мятежную  криминальную
республику,   полностью  неподконтрольную  российской  власти,  исправно
перечислялись деньги из  российского бюджета.  А  если бы Чечня получила
официальную  независимость,  что,  она  не  напала  бы  на  сопредельную
российскую территорию?  Скорее всего, напала бы. Но в этом случае бомбы,
сброшенные  российскими  самолетами  на   Грозный,   были  бы   бомбами,
сброшенными   не    на    "собственных   граждан",    а    на    столицу
государства-агрессора.    Которую    Россия    абсолютно   не    обязана
восстанавливать за свой счет.  И чеченские бандиты не могли бы проникать
на территорию России свободно и  легально.  И русской крови пролилось бы
намного меньше.  В  условиях отсутствия у  противника авиации воевать на
земле вообще не обязательно, если только не стремиться занять территорию
противника.  А занимать ее как раз и ни к чему.  Противник просто должен
знать,  что  на  любой рып со  своей стороны он  быстро и  гарантировано
получит  соответствующее число  тонн  в  тротиловом эквиваленте себе  на
голову.   Если  кому-то  кажется,   что  усмирять  собственную  мятежную
провинцию проще в  юридическом плане,  нежели вести войну с  независимым
государством,  то  пусть  посмотрит  на  примеры  Афганистана  и  Ирака,
суверенитет  которых  не   помешал  американцам.   С   другой   стороны,
отстутствие суверенитета у  Косова отнюдь не помогло режиму Милошевича -
скорее наоборот.  Возможность назвать врага врагом и действовать, исходя
из  этого -  это намного ценнее эфемерной и  по сути своей бессмысленной
"территориальной целостности".  Что вам дала эта целостность?  Право без
всяких виз  переехать жить в  Грозный?  Вам  действительно так  этого не
хватает?

     Кстати  говоря,   большое  население  -  это  тоже  не  из  разряда
европейских ценностей,  как и  большая территория.  Наваливаться толпой,
что в прямом (военном),  что в переносном смысле -  это тактика азиатов.
Европейцы,  как  уже  было отмечено,  побеждают не  числом,  а  умением;
высокая же численность населения почти неизбежно означает низкий уровень
жизни.  США  -  это единственное исключение из  последнего правила (есть
еще,  впрочем,  Япония,  но  она  сошла с  азиатского пути  относительно
недавно,  причем,  при  всех своих технических успехах,  японцы в  своих
перенаселенных городах вынуждены ютиться в  крохотных каморках).  Но  не
будем забывать,  что  у  США очень специфическая история -  американская
нация  образована эмигрантами из  небольших европейских стран.  Так  что
надо  прекратить истерику  по  поводу  низкой  рождаемости и  сокращения
населения,  и  сосредоточить усилия не  на  количестве,  а  на качестве.
Жизни,  образования,  воспитания. России не нужна сотня чернорабочих, из
которых  четверть  дебилы  и  две  трети  пьяницы.   России  нужен  один
высококвалифицированный инженер,  который  организует  производство так,
что эта тупая толпа вообще не  потребуется.  А  там,  где ее пока еще не
получается  заменить  машинами  -   там,  таки  да,  можно  использовать
работников из  третьего мира,  в  том числе и  из отделившихся азиатских
республик.  Только не  предоставляя им гражданство и  все прочие права и
льготы.  А  по мере возможности вообще не впуская их в  страну,  а  лишь
покупая произведенную ими дешевую продукцию.

     Таким образом,  вместо того,  чтобы гордиться миллионами квадратных
километров тундры и  тайги,  вбухивать в  них средства и  сокрушаться по
поводу нехватки населения для обороны этих никому не  нужных необитаемых
земель  (чья  климатическая  суровость,  удаленность  и  дикость  делают
нерентабельной добычу  даже  тех  ресурсов,  которые там  есть),  России
следует сделать ставку  на  компактное во  всех  отношениях государство,
лидирующее не  по  площади,  а  по  уровню  интеллекта и  уровню  жизни;
основной статьей экспорта должны стать не минеральные ресурсы, а высокие
технологии.   Не  обязательно  кому-то  отдавать  лишние  (действительно
лишние!)  земли юридически,  но,  во всяком случае,  вместо того,  чтобы
пытаться налаживать жизнь за Полярным кругом и  в прочих экономически и,
если    угодно,    биологически   бесперспективных   районах,    следует
сосредоточить все  усилия  на  дальнейшем развитии  районов  промышленно
развитых,  с  высоким  уровнем урбанизации,  и  в  первую  очередь -  на
развитии науки,  образования,  высокотехнологической сферы.  В  сельское
хозяйство следует вкладываться лишь в южных областях,  где оно еще может
быть  конкурентноспособно  по  отношению  к  климатически  благоприятным
странам;  от  рискованного же земледелия надо отказаться,  даже если это
означает возвращение практики закупки продовольствия за рубежом. В такой
практике нет  ничего страшного для передовой научно-технической державы;
лучше  импортировать зерно и  экспортировать компьютеры,  чем  наоборот.
Сомневающиеся могут  сравнить цену  тонны  пшеницы  и  тонны  микросхем.
Впрочем,  естественное  сокращение  численности  населения  до  разумных
пределов  позволит  успешно  кормить  страну  и   за   счет  одних  лишь
южнорусских областей.

     Еще  раз  подчеркну:   интеллект  должен  стать  одной  из  главных
составляющих русской национальной идеи.  Азиатское недоверие к  "слишком
умным", к выбивающимся из общего стада должно быть выкорчевано с корнем.
Никаких "пусть  с  тремя  классами образования,  зато  патриот и  вообще
отличный парень". Каждый должен знать: глупый и невежественный русский -
это  плохой  русский,  позор  своей  семьи  и  своего народа.  Абсолютно
недопустима ситуация,  когда какие-то  спортсмены,  выигравшие никому не
нужную  олимпиаду  (ну  в  чем  тут,  скажите,  повод  для  национальной
гордости?  ну, гепард бегает еще быстрее, а тюлень плавает еще лучше - и
кому  от  этого  польза?),  получают огромные деньги  и  весьма  дорогие
подарки от  государства,  а  ученые вынуждены чуть ли  не  за  свой счет
ремонтировать  выходящее  из  строя  оборудование,  а  если  и  получают
какие-то  премии,  то  куда  более скромные и  с  меньшей помпой.  Имена
выдающихся ученых,  и не одних лишь нобелевских лауреатов,  должна знать
вся страна -  и уж,  конечно,  материальное обеспечение их заслуг,  да и
просто повседневной научной работы, должно быть подобающим.

     Вместе тем, массовую оздоровительную физкультуру тоже надо поощрять
и   развивать  -   в   отличие  от   профессионального  спорта  "больших
достижений",   уродующего  здоровье  самих  спорстменов  и  разжигающего
нездоровые страсти в обществе. Вообще необходимо восстановить уважение к
физическому   и   душевному   здоровью,   изрядно   подорванное  сначала
православным  культом  "убогих"  (и,   кстати,   нелишне  помнить,   что
православие  -   это   наиболее   косная,   наиболее   азиатская   ветвь
христианства,   отнюдь   не   являющаяся  исконно   русской  религией  и
насажденная на Руси насильственно) вкупе с терпимостью к пьянству, затем
декадансом  времен   упадка  Российской  империи  и   советским  образом
интеллектуала как хилого очкарика.  Русским идеалом должен быть человек,
здоровый во всех отношениях. В том числе - свободный от вредных привычек
и  зависимостей.  Патриот,  сующий в  рот сигарету,  даже и  российского
производства, должен знать, что он - плохой патриот, медленно убивающий,
на  радость врагам,  не только себя,  но и  других русских,  вынужденных
дышать  его  ядовитым дымом.  Напомню,  что  жители великой и  свободной
доордынской Руси,  как и  все европейцы доколумбовой эпохи,  не курили -
причем,  в  отличие от азиатов,  они не употребляли и других наркотиков.
Если бы  Россия стала первой страной в  мире,  отказавшейся от курения -
это был бы неизмеримо более достойный повод для гордости, чем все победы
всех спортсменов, вместе взятые.

     Итак,   подведем  итоги.   Русская  национальная  идея   есть  идея
европейская -  в  ее истинном,  не искаженном нынешней "политкорректной"
деградацией смысле.  Причем эта идея не вторичная и не подражательная, а
именно что русская изначально - точнее говоря, выработанная Русью вместе
с   другими  европейскими  народами,   и  ее  составляющие  -   свобода,
достоинство,  разум,  честный труд,  рациональный прагматизм, душевное и
физическое здоровье. А вот стадный коллективизм, ордынское самовластие и
порождаемое им холуйство,  жизнь в грязи и нищете, погоня за гигантскими
размерами территории и населения в ущерб реальному качеству жизни и т.п.
в эту идею не входят.  Азиатчина (как в ментально-психологическом, так и
в политическом плане, где ее осями являются ислам и коммунизм) есть враг
России (и европейской цивилизации в  целом),  и никакое потворство этому
врагу недопустимо;  напротив, Европа и Америка - наши братья, а не враги
(что,  разумеется,  не  значит,  что  мы  должны  ставить интересы своих
братьев  выше  своих  собственных).  Россия  должна  вернуться  в  семью
европейских народов,  и не в качестве бедного родственника, а в качестве
лидера,  спасающего  цивилизацию  от  внутреннего вырождения  и  внешней
азиатской   угрозы;    обеспечить   это    лидерство   должно   развитие
интеллектуального и научного потенциала.

     Очевидно,   что,  за  исключением  твердолобых  фанатиков,  которым
способность рассуждать  давно  заменили  политкорректно-толерантные или,
напротив,  западоненавистнические догмы,  такая идея способна объединить
людей  самых  разных  взглядов.   Как   тех,   для   кого  важнее  всего
рационально-прагматические блага,  так и тех,  кто в первую очередь ждет
от  национальной идеи амбициозности и  величия.  Разумеется,  реализация
такой идеи на  практике потребует ломки многих застарелых стреотипов,  в
том числе и на Западе, но в первую очередь - в самой России. Возможно ли
это  в  принципе?  Что  ж  -  у  патриотов нет лучшего способа посрамить
русофобов, нежели делом доказать, что возможно.

     2006